Она моя…

 – В Дамаске они всегда с нами, словно в пустыне… Я заметил это с детства…

Наверное, это было правдой…В Дамаске небо всегда кажется очень близким…Может, потому, что именно сюда ждут сошествия Христа…

– Есть поверье, что звезды – души мудрецов. Только самые великие люди становятся после смерти звездами… Я часто смотрю в небо, задаю вопросы…

– И они тебе отвечают? – она не хотела, чтобы это прозвучало иронично. Васель действительно говорил обо всем этом очень серьезно."

"– В детстве мне казалось, что да… Знаешь, я рано потерял всех самых близких…И никто особо не парился на этот счет… Никто не думал, что мне тяжело.

– Мне не следовало об этом спрашивать, воскрешать не самые приятные воспоминания из детства… –  с сожалением прошептала Влада…

Все это действительно было печально и тяжело, и так не соответствовало его образу непоколебимого самоуверенного эгоиста… Его мир был для нее незнакомым, но неимоверно притягательным.

– Меня поразило то, как ты говоришь обо всем этом, Васель. Не каждый поэт на это способен.

– Ну, так ведь я стараюсь произвести на тебя впечатление, куколка, –  со своей привычной ухмылкой ответил он.

Они искренне засмеялись. Влада чувствовала себя счастливой и надеялась, что и он тоже… В тот момент, в ту секунду. Было только сейчас. Плевать на завтра… Так ей казалось тогда, как же она ошибалась…

***

Заиграла музыка. Фортепиано…Звук разносился по ресторану, уходя в морскую даль через открытые окна, словно даря себя морю… Сливаясь с ним в танце любви…

Васель протянул ей руку, пригласив на танец… Она без оглядки подчинилась.

Еще мгновение –  и его губы обожгли шею Влады, быстро поднялись выше и встретились с ее губами. Этот поцелуй был такой желанный, такой электрически заряженный, что сердце ее было готово выпрыгнуть наружу…Она уже не помнила себя…

Он взял ее за руку и повел за собой… К пришвартованной у находящегося всего в трех метрах от них причала.