Она моя…

Нам вообще нужно будет обсудить этот вопрос…

Сердце Влады словно завернули в нежный бархат. Он стал ближе. Гораздо ближе…

– Я бы хотела поехать с тобой, но не смогу, начальник ни за что не отпустит.

– Нет смысла, – он помахал головой, –  это не турпоездка. Это серьезное дело.

Влада задумалась. Он допил свой кофе, полулег на диван и жестом пригласил ее к себе. Девушка пристроилась рядом в том же полусидячем положении. Васель погладил ее по волосам и поцеловал.

– Ты не будешь искать встреч с белокурыми красавицами? – с плохо скрываемым беспокойством, запрятанным за шутку, спросила она.

Он лишь прыснул в ответ, крепче прижав её к себе.

– Я уже нашёл себе одну…Рыжекурую…

– Я не рыжая, – притворяясь обиженной, возразила она.

– Знаю, детка. Ты асли (араб. – мой мёд), – ласково накрутил на палец ее локон, –  Влада, я прошу тебя никуда не ездить по пустякам в мое отсутствие. – Минутная нежность отступила, он снова стал напряженно – серьезным и властным.

– Как это понимать, прости? А работа?

– Я не о работе.

Влада настороженно отстранилась от него."

"– Зачем все это, Васель? Как я смогу сидеть дома целую неделю? Ты лишаешь меня маленьких глотков свободы, сам уезжая за тридевять земель…

Он недовольно сжал губы.

– Мы уже говорили об этом, Влада. И ты мне обещала. – вмиг стал жёстким. – Ты обещала мне, что будешь жить по моим правилам. Уже слишком поздно возражать. Ты дала свое «да».

Она встала с дивана. Его тон пугал и немного обескураживал.

– Да, но я думала…

– Ты думала, мои правила –  говорить тебе возбуждающие вещи во время секса о том, что ты моя? Нет, милая, ты моя, и не только тогда, когда мой член в тебе. И это означает не только то, что я буду трахать тебя тогда, когда захочу, потому что и тебе, и мне это нравится… Это намного сложнее и тяжелее… Ты знала, что связываешься с человеком, живущим жизнью, полной говна и опасности.