Она моя…

– Это место смогут увидеть только ты и тот, кто будет с тобой близок, если вдруг такое случится. Но я постараюсь сделать все, чтобы единственным третьим в этом стал твой гинеколог.

Его паранойя относительно «кого -то еще» начинала ее уже пугать. Она попыталась высвободиться, но все было бесполезно.

– Я решил набить тебе там букву «В». То есть первая буква моего имени на русском. И ты, и я будем помнить всегда, что значит эта буковка….

– Мерзавец, –  прошипела Влада, вырвавшись, наконец, из его захвата.

– Детка, перестань так нервничать и не вздумай навредить себе и начать сдирать пленку. Она останется у тебя на ноге несколько дней. Сегодня к вечеру, как сказал мастер, кровь запечется и разрезы немного затянутся. Но лишь если ты будешь отдыхать и не навредишь себе.

– Как я могла так отрубиться и ничего не почувствовать? – не понимала она.

– В еде была небольшая порция снотворного. Как раз столько, сколько нужно, чтобы спать крепко и не ощутить незначительной боли от работы. Это новейшая технология, не больнее, чем делать татуаж бровей и губ… И не переигрывай, это неприятно, но лишь как небольшой порез или ожог…

– То есть ты мне что -то подмешал, пока было время, трахнул меня, потом я вырубилась, а в это время у меня между ног какой -то козел гравировал твои инициалы, словно я твоя племенная кобыла, а не свободная женщина, самостоятельно выбирающая себе партнеров и судьбу? И ты теперь хочешь, чтобы я мирно ждала, пока эта хрень заживет?! – не унималась Влада.

"– Ну, начнем с того, что другого выхода, судя по всему, у тебя нет, если ты не хочешь нагноения и проблем. Тем более, что тату все равно не свести и воспаление просто сделает этот процесс вдвое более сложным.

– Ооо, меня должно, видимо, утешить, что у меня между ног копалась баба, а не мужик…

– Ладно, Влада, –  Васель отставил сюсюканье, – хватит устраивать концерт. И вообще, что за старая пластинка? Откуда снова этот феминистический блеф? Ты сама вчера сделала свой выбор, оставшись здесь, со мной.