Охотник

За действия вражеского снайпера в нашем тылу от начальства досталось всем: командирам рот и батарей, а в первую очередь — снайперам.

— Вы для чего на фронте? — грозно вопрошал майор Фролов из штаба дивизии.

— Уничтожать живую силу противника, — ляпнул Ведерников, поскольку майор остановился напротив него.

Известное дело, любой начальник любит поговорить, и не терпит, когда подчинённые возражают или имеют своё мнение.

— В первую очередь — для контрснайперской борьбы! — назидательно поднял палец майор. — И только потом — для уничтожения всех остальных! Даю три дня, чтобы уничтожить гада.

Называется — испугал козла капустой. Можно подумать, в снайперах служба легче, безопаснее и спокойнее. Находясь на позиции, иногда приходилось сутками быть голодными. И всё время опасаться получить пулю от немецкого снайпера или быть накрытым огнём миномётной батареи.

Снайперы пришли в свою землянку и уселись на нары.

— Давайте, хлопцы, подумаем, что делать будем? — заговорил первым Балабанов.

— Что делать, как раз известно — снайпера немецкого убить надо. А как это сделать — вот вопрос! Он ведь сейчас затихариться может, несколько дней на охоту не выходить, или переберётся на другой участок фронта, там стрелять начнёт. У него сто дорог, а у тебя одна — к его позиции, — ответил Алексей.

— Предлагаю занять позиции перед первым батальоном, и расстояние между каждым снайпером сто — сто пятьдесят метров, для ширины охвата, — сказал Ведерников.

— Охватишь ты, и что дальше? — спросил Виктор.

Товарищи стали предлагать самые разные варианты, Алексей же раздумывал. Немец — стрелок хороший, смелый, и может думать и действовать неординарно, его появление в нашем тылу и стрельба в спину — наилучшее тому подтверждение. Значит, и против него надо действовать нестандартно. Одной приманки в виде чучела мало, он может не купиться.

— Ты чего замолк, Алексей?

— Подожди, мысль обдумываю.

Товарищи с интересом и ожиданием уставились на него.

Глава 5

УБИТЬ СНАЙПЕРА!

— Ну давай, не томи! — поторопил Алексея Ведерников.

— Предлагаю действовать с выдумкой. Двоим, скажем — тебе, Ведерников, и тебе, Балабанов, оборудовать ночью позиции. А Виктор в нашей траншее будет периодически высовывать каску на палке.

— И что же здесь нового? И что будешь делать ты? — перебил его Балабанов.

— А я в немецкий тыл пойду, его методами действовать буду.