Охотник

Случись боестолкновение и попади в плен один из разведчиков, он ничего не сможет рассказать о цели задания даже под пытками.

Наконец они добрались до небольшой деревушки, где и заночевали в крайней избе.

Под утро дозорный поднял тревогу — из леса к деревне вышла группа из трёх человек. Разведчики заняли оборону на околице. Фирсов предупредил:

— Без моей команды не стрелять!

Неизвестные подошли ближе, и тогда разведчики разглядели на них форму полицаев и белые повязки на рукаве.

Первым желанием у Алексея, как и у других разведчиков, было убить изменников.

Не доходя до разведчиков полсотни метров, полицаи остановились. Один из них крикнул:

— Кто такие? Аусвайс?

— Родня из Коломны привет передаёт, — сказал странную фразу Фирсов.

— Подаркам мы всегда рады!

Полицаи приблизились. Как понял Алексей, это был обмен паролями.

После короткого разговора командиров наедине к полицаям вышел радист.

— Всё, хлопцы, задание выполнено, возвращаемся.

Фирсов был явно рад. Целью задания была проводка радиста и доставка рации в партизанский отряд.

Группа направилась к линии фронта. А дальше… дальше всё пошло наперекосяк.

Едва они отошли на пяток километров от места встречи с лжеполицейскими, как наткнулись на полицейских настоящих. На санном пути навстречу им из темноты показалась одна лошадёнка, запряжённая в сани, за ней — другая.

Но полицаи имели военный опыт, и подобраны были, скорее всего, из дезертиров или перебежчиков. Они первыми открыли огонь и стали разворачивать сани. Ударили разведчики из автоматов дружно, посекли всех, только и дозорного не досчитались: он единственный погиб, оказавшись ближе всего к полицаям, и кто-то из них угодил парню прямо в грудь из винтовки.

Немцы полицаям автоматы не давали — им самим их на фронте не хватало, вооружили трофейными трёхлинейками. Это группу и спасло, поскольку в ближнем бою автомат эффективнее винтовки.

Когда стрельба со стороны полицаев стихла, разведчики подошли к саням.

Все полицаи были молодые, призывного возраста. Что их толкнуло на предательство? Теперь этого уже не узнать.