Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

На них были нацелены орудия фортов и стоявших тут же кораблей КБФ, но на высоких мачтах обоих броненосцев трепетали под ветром алые полотнища, а на корме гордо развевались флаги ВМФ СССР.

Следом, переваливаясь, точно утки, на седой ноябрьской волне, шли подводные лодки «Ветехинен», «Весихииси», «Ику Турсо» и «Весикко». Неуклюжие в надводном положении, они кланялись то на левый, то на правый борт, как будто униженно каялись перед своими недавними противниками и просили о пощаде. За ними, пыхая дымом, торопились четыре канонерки, на которых финские названия были грубо замазаны известкой, а рядом старательно, хотя и несколько кривовато красовались старые названия, данные им еще при царе: «Пингвин», «Голубь», «Филин» и «Чирок»[186].

Броненосцы отдали якоря возле свободных бочек, подводные лодки, канонерки и прочие подошли к пирсам. Только теперь стало ясно видно, что на мостиках подошедших судов кроме офицеров финского военного флота стоят еще и крепкие парни в одежде необычного покроя и расцветки, с необычным оружием в руках. И в противовес хмурым финнам, парни улыбались, а некоторые махали руками собравшейся на причале толпе.

Внезапно на одной из канонерок заревел тифон[189], и тут же на «Вяйнемяйнене» развернулся огромный транспарант «Поздравляем с пополнением!». Буквы были слегка неровные, но чувствовалось — написано от души. Секундой позже на «Ильмаринене» заполоскался другой транспарант, на котором помельче, но вполне читаемо с берега было начертано: «Морякам КБФ от бригады спецназа!» Над Кронштадтской гаванью взлетело и поплыло протяжное «Ура!».

Грохнул орудийный салют с прибывших кораблей, эхом ему ответили встречавшие, и снова покатилось, загремело «Ура!».

— Подарок — царский, что и говорить. И обставлен соответственно, — произнес командующий Ленинградской военно-морской базы флагман 2-го ранга Кузнецов[190] и тяжело вздохнул. — Только вот хоть кто-нибудь подумал о том, куда этих финнов в Кронштадте девать? А?

— М-да… — согласился с ним командующий КБФ Левченко[191] и тоже вздохнул. — И тут еще эти, новиковцы-буденновцы.