Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

Василий, решив, что это молчание — знак неодобрения, начал заводиться.

— Можешь говорить, что хочешь, но если даже отец запретит — все равно пойду! Я свободный человек!

В это время Артем как раз пытался решить: стоит ли говорить Васе, что он сам решил проситься к Кириллу. Уж, во всяком случае, два года обучения у Стального Кира наверняка может быть приравнено к курсу военного училища. Так что после школы вполне можно бы попроситься. Вот только…

Юный Сергеев озадаченно встряхнул головой. Васька, конечно, упрямец известный, но в том, что приемный отец ни за что не отпустит своего любимца в спецназ, где можно запросто попасться в плен врагам… ну, то есть не запросто, конечно — не для того же Новиков своих бойцов натаскивает с такой свирепой требовательностью?! — но вероятность плохого исхода в спецназе очень высокая.

Так и не дождавшись ответа от сводного брата, Василий надулся и замолчал. Молчал он всю дорогу до дома и весь вечер, пока не вернулся Иосиф Виссарионович. Увидев на пороге отца, Василий рванулся к нему:

— Я хочу после окончания десятилетки к Кириллу в спецназ, — грохнул он вместо приветствия. — Хочу и пойду!

Сталин, снимавший шинель, замер. Случилось то, чего он внутренне опасался, но, пожалуй, ожидал. Да, если честно, Вождь был почти уверен, что это произойдет.

Иосиф Виссарионович уже приготовился сказать Василию все, что он думает о его выборе, когда в коридоре возник Артем. Он, как всегда, помолчал, готовясь сказать что-то важное, и…

— Я тоже после десятилетки буду проситься в спецназ к товарищу Новикову, — произнес он, четко выговаривая слова. — У меня успехи, — тут Артем чуть замялся, но продолжал так же уверенно: — не хуже, чем у Васи.

Василий не ожидал такой эскапады со стороны сводного брата, но мгновенно просчитав все выгоды от создавшегося положения, тут же воспользовался ситуацией. Он подскочил к Артему, обнял его за плечи и заявил гордо:

— И нам вместе будет легче. И проще. И надежнее. Правда, Тем?

Артем, ожидавший куда менее положительной реакции на его сообщение, с радостью ухватился за братскую поддержку:

— Конечно.