Огненная леди Туманных холмов

Ни один из нападающих не ждал ни секунды: похоже, операция была спланирована тщательнейшим образом, и каждый из врагов точно знал, где его дожидается жертва.

Агния видела, что на герцога напали сразу трое. Причем третий имитировал атаку на одного из бойцов рядом с его светлостью. Но именно удар этого самого третьего и оказался роковым. Два первых герцог сумел отразить, разрезав одного из врагов почти пополам жутковатой водяной плетью.

– Дальше, миледи де Гренар, сам я не видел… – лейтенант де Тьерри, казалось, слегка смутился от собственного признания.

"Даже сверху было видно, как открывается дверь кареты и оттуда плавно, как хищная кошка, выходит миледи де Марино. С пальцев ее летят голубые молнии, и у одного из нападающих начинает дымиться серая завеса, которая, похоже, являлась не только маскировкой, но и щитом. По этому щиту молнии миледи просто стекали в землю, хоть и несколько медленно. Тогда она добавила к голубым молниям тонкие красноватые нити…

С миледи де Марино справиться нападавшим оказалось не так просто: она положила двоих раньше, чем эти тени сообразили перегруппироваться и напасть на нее связкой из трех человек.

Тени были не только осведомлены о количестве и дислокации жертв, но явно превосходили их уровнем магии. Ну или, по словам короля, пользовались гораздо более мощными амулетами и артефактами.

– Смотрите, герцогиня. Видите? Ни одного из них убить до конца не смогли.

– Может, они зомби и уже мертвы? – Агния и сама не понимала, почему сказала так, но очень уж жутко выглядели судорожно шевелящиеся фрагменты тела.

– Зомби? Кто это? – заинтересовался король, но тут же глянул Агнии в лицо и отрицательно помотал головой, призывая не отвечать и указывая взглядом на лейтенанта.

Хотя де Тьерри, по его собственным словам, вдвое замедлил время боя, все равно реконструкция сражения заняла не более пяти минут.

Фигурки на столе не издавали ни единого звука. Восстановленный магией бой проходил в полной тишине. Но даже сейчас, глядя на восстановленную картинку, Агния невольно содрогнулась, вспоминая свой дикий крик.