Офицерская доблесть

Связался с командиром отряда полковником Даниловым, который в это время присоединился к Кучерову и Калинину:

– Гроза! Я – Вьюн!

– Слушаю тебя, Вьюн!

– При проникновении на территорию объекта встретил активное огневое сопротивление неизвестных сил, засевших в правом от поселка особняке! Имею двух «трехсотых» (раненых)!

Данилов взглянул на Калинина, слушавшего доклад командира разведгруппы. Тот взял рацию у полковника:

– Вьюн, я – Центр! Сопротивление оказывается с одной стороны или противник занял круговую оборону?

– Только с правого фланга! Отделения, обошедшие особняк, в бой не вступали.

– Значит, имеешь возможность накрыть обороняющихся своими силами?

– Имею!

– Тогда приказываю в жестком режиме подавить очаг сопротивления! Пленных не брать! Вперед, лейтенант!

– Принял, Центр! Выполняю!

Старший лейтенант Молчун продублировал приказ руководителя спецслужбы, и бойцы спецназа, применив огнеметы «шмель», обстреляли здание с трех сторон. Внутри вспыхнул пожар. Бойцы устремились в проемы выбитых рам окна первого этажа.

Мабрук прошел в комнату, где собрались трое его подчиненных по банде и четверо охранников частной охранной фирмы, совершенно не понимающих, что вокруг происходит. Чеченец приказал своим людям перейти в соседнее помещение, где передал каждому по пакету кайфа.

– Быстро привели себя в порядок! На все пять минут! Мне тоже приготовить инъекцию.

Вернулся к охранникам:

– Слушайте сюда, русские. Совсем скоро на особняк вашего хозяина будет совершено вооруженное нападение преступников, сбежавших из Переславской зоны.

Старший наряда охраны, один из тех, кто в свое время остановил в лесу Николая Есипова, подозрительно спросил у чеченца:

– А почему Аракевич связался с вами, а нам ничего не сообщил?

Бандит спокойно ответил:

– Это ты у него спроси сам.

– Я пытался связаться, но он не отвечает. Такого еще никогда не было!

Мабрук усмехнулся:

– Вы можете ничего не делать, но тогда за вашу жизнь я не дам и копейки. Занимайте позиции!

Помявшись, охранники подчинились.

Мабрук прошел в комнату, где в разных позах стонали от удовольствия его подчиненные, принявшие приличную дозу героина.