Одна кровь на двоих

Дима помнил, как они приехали с родителями в Москву, когда Машке было год от роду, и она таскала его за волосы. Таскала и хохотала от счастья, ей казалось, что он с ней играет, пытаясь вырвать пряди из цепких пальчиков. А потом громко пукнула прямо Диме в нос, когда он передавал ее в руки любящего отца.

Взрослые смеялись, а ему воняло.

А теперь она вдруг придумала в него влюбиться!

Но замечать Машку и эту ее беспредельную любовь ему было некогда, он и дома-то практически не был, — на то и законные каникулы.

"Но случился незапланированный перерыв в плотной каникулярной программе Дмитрия Победного. Кто-то из друзей был занят, кто-то ушел в поход в горы, его звали с ночевкой, но он поленился, не захотел идти в этот раз, свидание с девушкой, с которой он в данный момент встречался, было назначено после девяти вечера, и он решил сходить на море поплавать.

В подъезде он в прямом смысле столкнулся с Машкой: она влетела в подъездную дверь и, обнаружив, что нежданное препятствие на пути оказалось любовью всей ее двенадцатилетней жизни, проорала:

— Дима, ты куда идешь?! — Дожидаться ответа ей было некогда, поэтому Машка теми же децибелами выдала: — Возьми меня с собой!! — и брызнула в него топленым серебром влюбленных глаз.

То ли от жары, то ли от скуки, то ли от разжижения мозгов Дима согласился и, не доверив Машке оповещение бабушки, сам поднялся наверх, толкнул не запираемую летом соседскую дверь, потому что Машка носилась туда-сюда бесконечно, и крикнул в квартиру:

— Полина Андреевна, я  Машку с собой возьму на пляж, на Херсонес!

— Хорошо, Димочка, я хоть спокойна буду, а то ее где только не носит целый день!

Конечно, тащиться на пляж с дитем было не по рангу «бывалому» хлопцу его возраста и авторитета, но и одному плавать и загорать неинтересно.

Он помирал со смеху, наблюдая, как Машка плавает по-собачьи, но с такой активностью молотя руками и ногами по воде, что передвигалась как маленькая торпедка.

На пляж подтянулись знакомые «мужики», кому-то он кивнул, с кем-то поздоровался за руку, потом подгребли друзья, кто-то принес холодное «Жигулевское», которое надо было срочно пить, пока не согрелось.

Машка все время терлась рядом, не сводя с него глаз.

— Иди поплавай! — отсылал он небрежно.

— Я с тобой! — отказывалась девочка расставаться с предметом обожания.