Один раз в миллениум

— Умерла, — согласился Халупович, — но возможно, что в бутылке оказалась некачественная вода.

— Это известная на весь мир фирма, — возразил Дронго, — и бутылка была закрыта. Постарайтесь нигде этого не говорить, иначе компания, производящая воду «Эвиан», подаст на вас в суд."

"— Который вы проиграете, — добавила Линовицкая. — Экспертиза установила, что в воде был растворен яд, который используют против грызунов. Выпускается он в России. Этот яд не мог попасть в воду, произведенную во Франции.

Халупович развел руками.

Дверь открылась, и Нина ввела в комнату упирающуюся Таню. Было видно, как довольно высокая для своего возраста, несколько угловатая девочка не очень охотно идет за Ниной. У девочки были растрепанные рыжие волосы, слегка выпирающий подбородок, курносый нос, светло-карие глаза, вокруг носа рассыпаны веснушки. На ней было платье немыслимой серо-желтой расцветки. На ногах были ботинки. На груди у девочки висела фигурка Микки Мауса, надетая на ремешок. Войдя в кабинет, она закусила нижнюю губу и уставилась в пол.

— Татьяна, — ровным голосом обратилась к ней Линовицкая, — как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, — ответила девочка, не поднимая глаз.

— Ты можешь с нами поговорить? — спросила следователь.

— Могу, — очень тихо произнесла она.

— Ты можешь рассказать, что с тобой было? Как тебя похитили? Можешь вспомнить сейчас или лучше расскажешь нам обо всем утром?

— Могу.

— Как все произошло?

Девочка молчала.

— Она спустилась в столовую и перепутала лифты, хотела подняться наверх, чтобы взять деньги. А поднялась в институт. Там ей понравилось, и она долго ходила по коридору. А потом спустилась вниз и пошла в гараж. Там ее и увидел Егор. Вот и все, что она мне рассказала.

— Все было именно так? — спросила Линовицкая.

— Да, — прошептала девочка.

— Что он тебе говорил? — спросила следователь.

— Он сказал… он сказал… бабушка умерла. И меня будут искать… Он сказал, чтобы я спряталась в багажник…

— Ясно, — прервал ее бормотание Бозин, — больше ничего не бойся. Тебя никто не тронет. И никому не верь, кроме Нины. Вот она тебя с собой возьмет. А завтра мы поговорим. Ты меня поняла?

— Да, — кивнула девочка, — можно я вас спрошу?

Она поняла, что этот человек здесь самый главный, его слушались и сотрудники милиции, и все остальные.