Один на миллион

А поскольку наличными можно было разжиться только в казино, он и направился в оное, выбрав заведение покрупнее.

Играть он не умел совсем. Но у Белого было нечто большее, чем опыт игрока. Абсолютная память и умение читать человеческие эмоции по тончайшим проявлениям психомоторики. Рулетка и кости были отметены сразу. Тут нужно быть настоящим колдуном, чтобы предугадать, как ляжет фишка. А вот к картам решил присмотреться повнимательнее.

Правила были просты, как таблица умножения. Теория игр не была его сильным местом, но знал он ее достаточно хорошо, чтобы быстро найти успешные серии.

Присев за свободный столик, начал понемногу ставить мелкие ставки, чтобы приноровиться к игре и оценить реакции персонала. Пока вроде все было тихо. Карты сдавала молодая черноволосая девушка в красной жилетке, обозначавшей ее статус. Где-то на пять-шесть столов был еще один дежурный крупье, готовый подменить уставшего или потерявшего нить игры сотрудника. Три-четыре камеры над каждым столом плюс обзорные, наверняка в этой красивой нашлепке на люстре.

Выигрышная серия пошла через полчаса и сделала его обладателем почти сорока тысяч.

Сразу слегка засуетились охранники и персонал. Едва слышно зажужжали камеры над головой, высматривая следы возможного жульничества со стороны гостя казино.

"Белый со счастливым выражением лица сгреб кучу фишек и громко потребовал шампанского. Потом, пока не подошла новая серия, он постепенно проиграл половину денег, все мрачнея и мрачнея. Девушки, прибившиеся к его столу, как только зазвучал марш больших денег, потихоньку растворились в толпе, а охрана успокоилась. В общем-то напрасно. Потому как в следующую серию, взяв несколько раз банк, Белый рванул почти сто пятьдесят тысяч. На этом в принципе можно и нужно было остановиться, но игравший в казино в первый раз в жизни Белый неожиданно для себя поймал кураж и, дождавшись новой смены крупье, снял еще один банк.

Проверив в кассе, что деньги ушли к нему на карточку, мельком глянул на вход, который, к его удивлению, не был блокирован. То есть он мог просто повернуться и уйти.