Один на миллион

С легким хрустом «циркач» обмяк, словно тряпичная кукла, а рассвирепевшие отчего-то враги навалились со всех сторон.

Алексею не оставалось ничего иного, как подхватить труп и, размахнувшись, с криком «Твою мать!» метнуть его в сторону врагов. От столкновения живых и мертвого тела противники рассыпались, словно кегли. И только один, успевший присесть на колено, остался на ногах.

Взревев, будто раненый медведь, Алексей кулаком, как молотом, буквально вбил последнего в пол и скользнул в сторону, добивая ногами упавших.

Отметил краем глаза, что справа выскочила одна из девушек, принимая на себя атаку необычно массивного для алатов противника, и обрушил с коротким выдохом удар кулака прямо в забрало ближайшего врага. Затем чуть обернулся в сторону и увидел, как не обращающий внимание на град ударов здоровяк зацепил жрицу и, крутанув спиной к себе, одним движением свернул ей шею.

Не размышляя, Алексей мощным рывком послал тело вперед и, завалившись на пол, скользнул меж ног еще стоящей девушки и алата-переростка.

"Одна из не успевших вступить в схватку девушек тут же подхватила тело и скрылась за дверью. Смерть, происшедшая у него на глазах, что-то сдвинула в организме Алексея. Кровь вскипела, наполняя тело легкостью и силой. Он поднялся и встретил очередную атаку прямым в голову. Только на этот раз противника не отбросило в сторону. Брызнув осколками пластика и кровавыми ошметками, почти обезглавленное тело упало под ноги.

Так он и пошел. Шаг – удар. И каждый удар раскалывал прочнейший бронепластик и рвал живую плоть.

Как-то внезапно враги закончились. Кто-то еще трепыхался у ног, но Алексей, наступив сапогом на шею противника, просто постоял немного, пережидая агонию и оглядываясь.

– Арх Крао, – просипел он в микрофон непослушным голосом. – Что на других участках?

Вместо ответа принц скользящим шагом подошел ближе и снял шлем.

– Все в порядке. – Крао, чуть склонив голову, внимательно рассматривал лежащего у его ног боевика с расколотым шлемом.