Один на миллион

Вышедший из пилотской рубки Алат О’Гор сделал успокаивающий жест.

– Подождите немного. Сейчас нас передвинут поближе к основному терминалу.

Алексей посмотрел на экран. Картинка действительно двигалась, словно крейсер медленно плыл вдоль строя кораблей разнообразных форм, опознать которые получалось совсем не часто.

Заметив интерес Алексея, представитель главного командования пояснил:

– Здесь в основном пассажирские корабли, которые, как правило, строятся по индивидуальным проектам.

– Ну вот тот черный корабль мне вовсе не кажется пассажирским. – Алексей показал рукой на антрацитово-черный корабль дельтавидной формы с наплывами орудийных портов.

Арс Тано глянул на экран.

– Скорее всего, очередная игрушка арх Крао им Анкоро. Все навоеваться не может.

– Большим мальчикам – большие игрушки. – Алексей улыбнулся.

– Но принц когда-нибудь все же доиграется. – Корабль чуть качнуло. – Пойдемте. – Полковник встал и одернул складки гараты[43]. – Нас уже, наверное, ждут.

Алексей тоже встал и уже ставшим привычным жестом оправил складки кителя под портупеей.

– Давно хотел спросить. – Офицер, доставая свой багаж из ячейки, скользнул глазами вдоль формы Алексея. – Почему ваши брюки такие широкие?

– Это традиция. – Алексей снова улыбнулся. – Дань тому времени, когда воины сражались в основном сидя на верховых животных. У нас их называют лошадьми. Если штаны узкие, они могли просто порваться. Кроме того, такая одежда очень удобна для боя без оружия.

– Вы очень традиционны, – то ли укорил, то ли похвалил Тано.

– Тот, кто забывает о прошлом, лишает себя будущего."

"– Хорошо бы вложить эту мысль в голову кое-кому из наших политиков, – проворчал Алат О’Гор.

– У нас еще говорят, что политик – это человек, который делает со своей страной то, что уже не может со своей женой.

Они рассмеялись и плечом к плечу спустились по трапу на посадочную площадку.

К удивлению Алексея, встречавших было довольно много. Около десятка алатов в гаратах и одеждах с эмблемой клана Эват синхронно поклонились.

– Алат О’Гор. Ветви нашего леса поют в голубой дымке утренней зари, видя…

– Уймись, Росса, – небрежно бросил полковник. – Если я в течение двух айт[44] не приму снаран[45], то ничего хорошего из этого не будет. Так что забирайте багаж, и поехали.