Палачи и герои

Жизнь уже не мила, – обреченно произнес Адвокат, закуривая предоставленную ему папиросу и закашливаясь – русский табак был ядреный, но сейчас лучше был именно такой.

– Это трибунал решит, – успокоил Гладышев. – Если чего, расстреляем.

Тут в душе Адвоката что-то зашевелилось. Да, поза его была красива – весь мир тьма, да уйду я туда же. Но жить-то хотелось.

– Однако это было бы нерационально. – Голос его слегка дрогнул. – Я много чего знаю и мог бы быть вам полезен.

– В нужном направлении мыслишь, – кивнул Гладышев.

– Хочу.

– Охотно верю. Все хотят. Первый вопрос для разминки – кто твой непосредственный начальник?

– Пан Ковган. Он же Дантист.

Ивана как током ударило. Опять эта загадочная кровавая фигура.

– И как, не обижал? Жить давал? – хмыкнул панибратски Гладышев.

– У румын есть много преданий о кровопийцах-упырях.

– Ну, нет такого упыря, кто против советской власти выстоит. Спеленаем его. В клетку посадим и людям покажем, что с упырями бывает. И всех других ваших туда же. А ты поможешь. Правильно?

– Помогу, – решительно произнес Адвокат.

Когда его увели, Гладышев удовлетворенно потер руки.

– Ну, пехота, тебе инструкции писать: «Что такое везет и как его притягивать». Тут ночи не спишь, корпишь над умными книжками и инструкциями, здоровье теряешь, постигая ремесло.

– Так получилось, – смутился Иван.

Но Гладышев радостно захохотал и хлопнул его по плечу:

– Молодчина, Ванюша. Я тобой горжусь. Такого лося в наших глухих местах завалить! Жалко только, его у нас заберут. С ним другие люди работать будут.

Гладышев оказался прав. Пленника забрали на следующее же утро. Приехал сам начальник ОББ с полковником из НКГБ. Они любовались Адвокатом, как ценители живописи картиной Тициана.

У Ивана из головы не выходили слова пленного о том, что тот подчиненный самого Дантиста. Вот бы с кем увидеться.

Но постепенно Ивана закрутили другие дела. Взяли боевку Апостола. Банду Кулябы. Уничтожили несколько сельских ячеек СБ.

Однажды случилось то, чего давно ждали.