Одержимость: Покоряясь тебе

– Вы же за мной охотились, верно? – Я смотрю на Элис, но понимаю, что чтобы я не сказал, это не изменит их планы. – Она здесь не при чем. Отпустите ее, я не стану сопротивляться. Делайте, что хотите.

– Да ты в отчаянье. – Элис хмыкает, склонив голову набок. Ей доставляет удовольствие от того, что – как она считает – одержала верх надо мной.

Впрочем, сейчас преимущество и правда, на их стороне."

"– Боишься, что твоя ненаглядная пострадает? – Женщина хмыкает. – Неужели даже такой гнилой человек как ты, способен переживать еще за кого-то, кроме своей шкуры? Знаешь, было забавно наблюдать за тем, как весь такой уверенный в себе Адам Эллингтон теряет управление над своей жизнью.

Ее глаза злорадно блестят, и мы оба понимаем, о чем она говорит.

– Наверняка думал, что теряешь рассудок, как и мамочка, верно? – Элис зло, коротко хохочет. – Ох, это оказалось легче, чем мы предполагали. Заставить тебя поверить в собственное безумие, всего-то и дела, что за завтраком подсыпать пару-тройку нужных препаратов.

Усмехнувшись, она щелкнула пальцами для большего эффекта своих слов.

Влажные от слез глаза Грейс расширяются, и она непонимающе смотрит на меня, но я отвожу взгляд, потому что непереносимо осознавать, каким полнейшим идиотом я оказался.

Я и правда и секунды не сомневался, что схожу с ума, как и мать. И в попытках уберечь Грейс от своего безумия, оттолкнул ее, глубоко и больно ранив. И вот теперь она здесь, и ее жизни угрожают мои враги, которыми руководит жажда мести.

Мне ли не знать, что это такое.

– Адам, о чем… она?

– Дорогуша, я думаю, ему очень стыдно, – насмешливо протягивает Элис, взглянув на Грейс. – Нам удалось заставить его поверить в то, что он помешался. И это, правда, было весело. – Она вскидывает брови и хохочет.

Я начинаю сомневаться в ее собственной адекватности.

Надеюсь, Джейс не подведет. Вся надежда на него. Потому что я, правда, пришел сюда без какого либо оружия, выполняя требования Камерона.

– Элис, время, – коротко напоминает Камерон, и я замечаю в нем признаки волнения.

– Точно. – Элис с сожалением вздыхает. – Как с вами не интересно, но пора переходить к главной цели того, зачем мы здесь.

Она ближе подходит ко мне и, вскинув подбородок, с всепоглощающей ненавистью смотрит в мои глаза.

– Сегодня ты сполна расплатишься за смерть моего брата и его семьи. Ты помнишь его? – Ее глаза блестят, когда она упоминает об этом. – Майкл Айверсон, жизнь которого ты уничтожил.