Одержимость: Покоряясь тебе

Я резко выхватила пульт у Лорен и с силой нажала на красную кнопку.

Господи, какого черта я это смотрела?

– Ты как?

Лорен сочувствующе посмотрела на меня, отчего я вдруг ощутила прилив раздражения. В первое время после того, как Адам оставил меня, они с Эмми выносили мне мозг, постоянно интересуясь моим состоянием. И только в последние недели мне удалось убедить их, что я в полном порядке. Моя жизнь более менее вошла в привычную колею.

Я не хотела начинать все сначала.

– Порядок. – Я кивнула, подавляя в себе проснувшийся негатив.

– Тебе не стоило это смотреть.

– Да нет, это… ничего не значит. – Я махнула рукой в сторону телевизора, сбрасывая майку и штаны для йоги, собираясь в душ. – Ты же слышала: мы хорошо провели время, но больше не о чем говорить.

Я улыбнулась, правда вышло ядовито. К моей досаде, слова Адама задели меня больше, чем мне бы того хотелось.

Вообще-то, они не должны никак меня задевать. Я столько раз за все это время повторяла себе, как хорошо, что мне удалось избавиться от влияния этого неуравновешенного мужчины, что в итоге это стало срабатывать.

Мне удалось быстро вернуть на лицо маску полного самообладания и нейтрального отношения к тому, что происходило в студии этого чертового шоу. Если Лорен мне и не поверила, то виду не подала. Более лезть ко мне с расспросами она не стала – уже поняла, насколько разговоры об Адаме и моем отношении к поспешному разрыву всех контактов с ним выводит меня из себя.

Скрывшись за дверью ванной, я позволила своим истинным эмоциям проступить на лице. Поморщившись, обхватила себя руками и без сил опустилась на пол, прислонившись к стене. Я так старалась двигаться дальше. Старалась подавлять любую мысль о нем; о том, что было между нами и главное о том, что произошло в том подвале за пару дней, которые изменили мое представление об этом человеке.

Иногда по ночам я просыпалась с мыслью, что я все так же заперта там, в полном одиночестве, прикованная цепью.

Но порой, в неожиданные моменты, на короткий миг я чувствовала холодную пустоту внутри себя и ноющую тоску по человеку, который сделал все, чтобы заслужить мою ненависть.