Очень плохой профессор (СИ)

 — Это было давно. Мне было десять, когда он умер.

Зачем она ему это рассказывала? Девушка прикусила язык, чувствуя, как неумолимо краснеет.

— Ты что-то готовишь? — Вдруг спросил мужчина.

— Боже, духовка! — Вдруг спохватилась Оля и метнулась на кухню.

Воздух в помещении уже заволакивало запахом гари. Первым делом она распахнула окно, затем повернула ручку плиты, схватила полотенце, открыла духовку, дернула на себя горячий лист, вытащила его и неуклюже бросила поверх плиты.

— Ай! — Принялась неловко трясти рукой от того, что немного обожгла кожу между пальцев.

— Дай, посмотрю. — Озеров напугал ее своим появлением.

Осторожно взял ладонь девушки в свою, наклонился, осмотрел и… подул. Она замерла. Кожу приятно обожгло его дыханием.

— Ничего страшного, даже следа не останется. — Проговорил он, не отпуская ее руки.

На коже слегка краснела небольшая полоска. Ерунда. Жгло немного, но девушка тут же забыла о боли — присутствие этого мужчины обжигало ее сильнее.

— Я еще не пользовалась этой штукой. — Объяснила она, бросая взгляд на духовку.

— Больно?

— Немного… — Девушка зажмурилась, всхлипнула и открыла глаза. Выдохнув, она снова опустила взгляд. — Почему ты сразу мне не признался?

— Там, в кафе? — Тихо спросил мужчина и подул еще раз на место ожога.

— Да. — Ответила она и сглотнула.

Над покрывшимися коричневой коркой пересохшими бутербродами с плиты поднимался пар, но голова девушки кружилась от окутавшего ее со всех сторон свежего и немного пряного мужского запаха.

— Я не хотел, чтобы это была ты. — Он придвинулся ближе, и Ольге пришлось упереться своей аккуратной попкой в край столешницы.

Дальше отступать было некуда, и ее сердце беспомощно трепыхнулось в груди.

— Но это была я. Ты жалеешь?

— Не знаю. — Его кадык дернулся.

Смотреть на его шею было безопаснее. Девушка облизнула губы. Она понимала, что стоит взглянуть Озерову в глаза, и она пропадет.

— А ты? — Прозвучал вопрос.

Теперь он стоял так близко, что тепло его дыхания щекотало кожу на ее виске. При желании можно было обнять мужчину или поцеловать, но Ольгу ощутимо трясло от волнения и нахлынувшего вдруг возбуждения. И, похоже, мужчина теперь тоже был в курсе, ведь он все еще держал ее дрожащую руку в своей руке.

— Не жалею.