Очень плохой профессор (СИ)

 — Там тебя все ищут, найти не могут.

— Что-то случилось? — Он не ощущал неловкости, только злость и досаду.

— Тебя… — женщина настороженно оглядела его с ног до головы, — ректор к себе вызывает.

— Спасибо. — Кивнул профессор, сжал челюсти и двинулся по коридору."

"— Чего напряженный такой? Какие-то проблемы? — Спустя пять минут допытывался ректор Александр Михайлович.

— Нет, всё хорошо. — Скрестив руки на груди, отвечал Озеров.

— Князев заболел, нужно заменить его на форуме в Новосибирске, представить наш вуз.

— Надолго? — Равнодушно поинтересовался Матвей.

— Через двое суток дома будешь. Вылет завтра утром.

— Придется выступать?

— Короткая речь. — Отмахнулся ректор. — Князев перешлет тебе файлы.

— Что, больше некому поехать?

— Из толковых, кто уже с опытом, только ты, Матвей Павлович. Или тебе дочь не с кем оставить?

— Нет, все в порядке. Я договорюсь.

— Вот и замечательно. Значит, решено.

47

— Сама не знаю, что на меня нашло! — Вздыхала Ольга, когда они с Лилей собрались домой.

— Поступила как взрослый человек, — ухмыльнулась Зуфарова.

Они получили в гардеробе верхнюю одежду, оделись и вышли на улицу.

— Как увидела его, так забыла, что мы у всех на виду. — Сокрушалась Алексеева.

— Думала, уговаривать тебя начнет?

— А он и уговаривал! А я в позу встала…

— А я давно говорю, что влюбленным надо прописывать стимулирующее для мозга.

— Считаешь, всё? Профукала я свой шанс? — Расстроилась Оля.

— Я думаю, что если Палыч твоя судьба, то никуда он от тебя не денется. Все равно притащится и заставит с собой помириться. Представляю, как его плющило, раз он к тебе при всех подошел!

Оля остановилась:

— Ой, Лиль, я что-то запереживала… А если эта Татьяна Михайловна все поняла? — Она округлила глаза. — Как вспомню ее взгляд, так мурашки по коже бегут!

— Тут ты права. Это нехорошо. — Кивнула Зуфарова.

— Хоть бы все обошлось… — сложила ладони вместе Ольга.

Всю ночь девушка изводила себе переживаниями. Зачем повела себя так глупо? Зачем не согласилась поговорить? И откуда только взялась эта глупая гордость, которая заставила ее так холодно отвечать Матвею? Права была Лилька — молодая она.