Отзвуки времени

— Я немедленно звоню твоей матери! — Директриса задыхалась, и её полная шея была густо-малиновой, как у индюшки. — У меня слов нет! Будь моя воля, я тебя выпорола бы.

— А я ребёнок индиго, — сказала Лина, чтобы прервать поток слов.

Поперхнувшись на полуслове, директриса так смешно раскрыла рот, что Лина расхохоталась:

— Ой не могу, ой умираю!

Она смеялась, смеялась, смеялась и не могла остановиться, хотя от смеха заболели живот и щёки, а из глаз потекли слёзы.

— У девочки истерика! — произнёс чей-то голос.

Поглощённая смехом, Лина не уловила, был этот голос мужской или женский, а может быть и детский, пока не очутилась лицом к лицу с новым учителем физкультуры. Крепкими пальцами он взял её за плечи, слегка встряхнул и сказал:

— К тебе летит зелёный кот.

Чтобы осмыслить неожиданную фразу, Лина на мгновение остановилась и вдруг поняла, что сильно устала, словно залезала не на легковую машину, а на крышу огромного небоскрёба.

Физкультурник внимательно посмотрел ей в глаза и спросил:

— Ну, и зачем ты это сделала?

У него были спокойные серые глаза, серые волосы с короткой стрижкой и приятное лицо из тех, которые не запоминаются с первого раза.

Учитель Лине понравился, и если бы рядом не стояла директор школы, а охранник не метал разъярённые взгляды, она придумала бы для ответа что-нибудь интересное. Но распинаться перед директрисой не хотелось, тем более, что та уже поднесла к уху трубку телефона и отрывисто сказала:

— Светлана Кирилловна, у нас ЧП! Нет, Лина жива-здорова, даже слишком, но нам с вами необходима срочная встреча.

* * *"

"Чудесный весенний день кружил над городом тёплым ветром. Солнечными бликами сияли свежевымытые окна в домах. И куда ни глянь: дети, дети, дети. Дети в колясках, дети в песочницах, дети на велосипедах, дети на роликовых коньках. Удивительно, откуда их сразу столько высыпало? Улица звенела людскими голосами и фырчала автомобильными двигателями. Покой был лишь там, за кладбищенской оградой. С тех пор как Рита узнала про измену Виктора, она избегала заходить на Смоленское кладбище, а тут вдруг захотелось отрешиться от суеты и попробовать переломить себя.

У могилы она пробыла минут пять, не больше.