Общество мертвых и исключительных

Мальчик с желтой нашивкой хотел что-то ему ответить, но Ноа столкнул его сумку на пол и, быстро заняв пустое место, сел рядом с Соль. Та закатила глаза.

— Завтра расскажешь мне, над чем вы так смеялись, — кинул Ноа парню со своего факультета в спину.

— Мудацкий мудак тут как тут. — Соль демонстративно отодвинулась от Ноа.

— И я рад видеть тебя, зануда.

Соль набрала побольше воздуха, чтобы ответить ему, но он оказался быстрее.

— Ну что? Как первый день в академии? — обратился Ноа к Эбель. — Как настроение? Видок у тебя, конечно, не самый свежий.

— И ты не спасатель в красных плавках. — Настроение Эбель сразу поднялось.

Может, хоть с ним станет веселее в этом обветшалом храме и пропахшей вареными овощами столовой.

— Могу им стать, вишенка. Только попроси. — Ноа трубочкой проткнул пакет с молоком.

— Какой же ты мерзкий, Ноа… — Соль отобрала его молоко и, сделав пару глотков, вернула пакет. — Только об одном и думаешь. Лучше бы занялся уроками. Ты подготовился к факультативу по риторике?

— А ты научилась складывать в уме два плюс два?

Кажется, математика была единственной слабостью Соль.

— Замолчи, болван, — обиделась Соль.

— Я бы и не начинал, если бы ты не…

— А где новенький, о котором ты говорил утром? — перебила их Эбель.

Интересно, он так же, как и Эбель, мечтал о побеге или, набивая желудок бесплатной едой, радовался, что наконец обрел новый дом? Ему мисс Вуд тоже промыла мозги? Нужно с ним поговорить. Узнать, что он думает про академию.

— А, вон он… — Ноа встал, задев стол, и махнул рукой, подзывая новенького. Тот как раз накладывал в тарелку мясную подливу. — Эй, Редж, давай к нам.

Эбель развернулась, ища новенького взглядом. Пытаясь вспомнить, как утром выглядел Ноа, она искала высокого плечистого брюнета и, найдя, замерла.

Как и он."

"Они уставились друг на друга, словно один из них был испуганным оленем на охоте и ждал выстрел, что пронзит сердце, а второй — охотником с натянутой тетивой. И неясно, кто был кем.

Непонятное предчувствие окутало разум Эбель. Она не знала Реджиса. Видела его впервые, не считая перевоплощения Ноа. Но этот взгляд, пронзающий до костей, ледяной, как глыбы в Антарктике, отчего-то пугал ее. Каждый вдох наполнялся тревогой, словно любой изданный звук, любое мимолетное движение предвещали бы неминуемую опасность. Страх проникал все глубже, оставляя чувство безысходности.