Общество мертвых и исключительных

Он порылся на столе мисс Джефферсон и, взяв ручку с бумагой, перерисовал на нее символ с груди мертвеца.

— Я сообщу об этом мистеру Хиггинсу. Пора принимать меры, вы правы, Джосайя.

— Мистер Хиггинс очень занят, но я скажу, что дело срочное и не ждет отлагательств, — добавил священник, наконец закончивший молитву. — А пока мальчика положено похоронить.

Шелестя подолом своей рясы, он ушел. И слава богу."

"— Да что же такое происходит… — мисс Вуд, которая успокоила всех вокруг своей аурой, начала волноваться сама.

 — Бедный, бедный Эрик. Кто тебя так, мой милый? Кто это с тобой сделал? — И, сложив руки перед собой, она всхлипнула.

Джосайя тем временем осматривал меч.

— Есть мысли, мистер Кэруэл? — Ноа подошел к профессору со спины.

— А ну вон отсюда, Эдвин, — разозлился Джосайя, — я сказал вам не вмешиваться. Это не ваше дело, — договорил он тише, чтобы Дебора их не услышала.

Ноа осмотрелся, но повиноваться не стал.

Заметил лишь, что Эбель стояла в коридоре у самой двери.

Соль пряталась за ее спиной. В отличие от любопытной Эбель, она разглядывала потолок и люстру, висящую под ним. Соль заплетала косички на кончиках своих длинных хвостов и, сдерживая эмоции, старалась не плакать.

— Символы на груди могут быть связаны между собой, — деловито заметил Ноа и присел рядом с телом Эрика.

Из распоротой кожи на шее Эрика все еще медленно сочилась кровь. Пахло в кабинете ужасно. Ноа еле сдерживался, чтобы не выблевать прямо на пол. Смотреть на фотки мертвецов в кабинете Арни было в разы проще, чем созерцать одного из них вживую.

Но Ноа стойко делал вид, что все это для него пустяк. Что он видал и похуже. Джосайя, кажется, тоже строил из себя опытного криминалиста.

— Бери девочек и уходи отсюда, Эдвин, — профессор наклонился к уху Ноа и процедил каждое слово сквозь скрежещущие от злости зубы.

— Вы почему еще здесь? — мисс Вуд, вытерев слезы, увидела непослушного студента, которого до этого в упор не замечала.

И как она директором стала? — А ну, быстро к себе в комнаты!

Ноа, схватившись за сердце, завалился на пол в театральном отчаянии. Директор даже дернулась, думая, что ему нужна помощь.

— Нет! — воскликнул Ноа со всей трагичностью в голосе. — Нет! Эрик! Нет!

Он вцепился в кудрявые волосы и чуть не вырвал их с корнем, но вовремя остановился. Заходить так далеко он не планировал, но, добавив еще больше актерской игры, схватил руку Эрика и прижал к себе.