Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

У всех нормальных баб толстеет только попа, а у меня грущь. Как так-то?

Дверь с едва слышным скрипом распахнулась, явив мое ошалелое от нервотрепки начальство.

— Ты еще не готова?! — возмутился Марик, узрев меня в полуголом состоянии. — Зая, ты срываешь мне премьеру!

Бумбончик на красной шапочке Буратино яростно покивал в знак солидарности с его обладателем и нервно дернулся, когда я жалобно запричитала:

— Марик, я у меня платье не застегивается!

Взор нашего гения режиссуры сфокусировался на моих, на половину прикрытых прелестях, и даже с расстояния я заметила, как в нервных конвульсиях задергался его левый глаз.

— Мать твою за ногу, Зая! И что мне теперь делать?!

Закатив дергающийся глаз, Марик упал на стул и протяжно застонал:

— Все пропало. Мы опозоримся, — и для пущей убедительности схватился за сердце, отчего бумбончик грустно съехал на затылок. — Я этого не переживу…

— Маричек! — кинулась я к своему начальству. — Не все пропало. Где костюм белого кролика из «Алисы». В него я точно влезу.

— Какой кролик, Зая! У нас «Буратино»! — вскричал Марик и снова завыл. — Все пролало-о-о…

— Придумай что-нибудь, а мы с ребятами сымпровизируем. Давай соберись, ты же гений.

Марик перестал кривить губы и с интересом посмотрел на меня.

— Ты права, Зая. Переодевайся, у нас еще есть немного времени, чтобы перекроить сценарий.

С этими словами воспрявший духом мужчина соскреб себя со стула и с удивительным энтузиазмом побежал делать перестановки в основном составе актеров приговаривая:

— Это будет гениально.

Как только за ним захлопнулась дверь, я со вздохом стащила с себя чудесное платье и, отыскав костюм белого кролика, привычно натянула его на себя.

Мне было жаль сиреневый наряд. Теперь Марик наверняка подберет другую актрису на роль феи, если я не похудею в ближайшее время настолько, чтобы снова влезть в платье.

Частично стерла яркий грим, поправила задорные ушки, прикрепила носик и с каким-то тоскливым чувством поплелась опять играть белого кролика.

Дернула за дверную ручку, но та почему-то не поддалась.

Попробовала второй раз, усиливая нажим — та же песня.

Что за фигня?

Пару раз моргнула, тупо пялясь на внезапно заклинившую дверь, и ругнувшись со всей дури стала ее дергать.

— Да что же это такое? — зло выругалась, когда дверная ручка после такого яростного натиска, просто осталась у меня в руке. — Кто, вообще, так строит?! Голову пробить этим строителям.