О любви, дружбе и плюшевых мишках (СИ)

 — Ты у нас красавица, помни об этом! — и вышел, надеясь, что она не заметила, как тяжело ему далась вся эта сцена.

* * *

Стоило Ларри войти в двери, как стоящий у алтаря Максимус тут же повернулся и не скрываясь стал искать его глазами, а найдя, улыбнулся. Ларри улыбнулся ему в ответ и почти сразу же напоролся на ледяной взгляд Альдо. Тот сидел в первом ряду и, заметив метания сына, обернулся посмотреть, в чём дело.

«Учти, Ларс, скажешь хоть слово — наложу на тебя проклятье, и ты к моему сыну близко больше не подойдёшь», — раздался вдруг в голове его холодный голос, и Ларри скривился.

Щит Ларри ставить не стал — это означало бы отгородиться и от Максимуса, вместо этого он просто отвернулся от Альдо, не удостоив его ответом.

«Я с ним потом разберусь», — пообещал Максимус, но Ларри мысленно покачал головой.

«Забудь», — сказал он мысленно и оглядел Максимуса с ног до головы.

Максимус ответил ему откровенно влюблённым взглядом, будто нарочно совсем не пряча сегодня своих чувств. Ларри заметил, как Альдо на первом ряду сжал кулаки, и усмехнулся.

Бредфорд Раж, разодетый в парадный мундир, махнул ему рукой, приглашая присоединиться к офицерам, которые были приглашены всем отделом, но Ларри покачал головой. Ему хотелось стоять у стены, чтобы Максимус, оборачиваясь, всегда мог увидеть его, а не искать взглядом.

Время шло, а Вивиан всё не появлялась. Нельзя сказать, что Ларри жаждал её появления, но они с Максимусом уже начали волноваться, когда наконец распахнулись нужные двери. Тут же заиграла торжественная музыка, и гости встали, приветствуя невесту.

Вивиан шла к алтарю, гордо расправив плечи, и только Ларри с Максимусом знали, что в её облике не так. По плану фата должна была лишь красиво обрамлять волосы, но сейчас она почему-то надёжно прикрывала лицо.

«Она плакала…» — с ужасом сообщил Максимус, беря Вивиан за руку и привлекая к себе.

Ларри едва подавил желание грязно выругаться. Ну разумеется, она плакала! Только железный бы не заплакал. Остро желая быть сейчас к ним поближе, он незаметно прошёл вдоль стенки к самому помосту. Старый маг, приглашённый проводить обряд, нетерпеливо погладывал на медлящих молодых, но те не спешили к нему развернуться. Из эмоций Максимуса Ларри ничего толком не понял — лишь только то, что тому было очень тоскливо.