Отличница

Роза с Максимом ведь тоже закрывались в комнате… Только эта тихушница тогда лишь отмахнулась типа «они просто постояли».

Ага. Да. Конечно.

Повернув голову, я наткнулась на взгляд Леднёва. Он всё ещё смотрел на меня недовольно, будто своим прикосновением, я осквернила какую-то его реликвию…

Нижняя губа дрогнула, но я постаралась выдавить из себя привычную жизнерадостную улыбку, хотя внутри все бесновалось…. Обида, ревность, боль, злость рвались наружу, сплетаясь в один густой черный клубок.

Это подарок моей девушки…

Девушки.

Неужели той суки, которая в прямом смысле бросила его истекать кровью?

И ведь все сходится…

Вскоре после выпускного Роза уехала до конца лета, а Леднёв ходил мрачнее тучи. Значит, это была она? Все это время они крутили любовь за моей спиной?!

Я чувствовала, как кровь отливает от лица, а пальцы холодеют. Ведь я всегда находилась рядом с ним, старалась быть незаменимой, ловила каждый его взгляд, на что-то надеясь...

А он…. Он смотрел на меня, как на прокаженную… И все из-за лживой гадины Леднёвой, которая заграбастала моего любимого.

Остаток съемки прошел как в густом тумане.

Я механически позировала, тщательно изображая привычную вовлеченность в процесс, но все это происходило будто сквозь непроницаемое стекло.

Во время перерыва Леднёв подошел ко мне, обратившись непривычно напряженным голосом.

- Лен, ты можешь задержаться после съемок? Нам надо кое-что обсудить. Это важно."

"Раньше я бы растворилась в этом бархатистом обволакивающем тоне, но в свете последних событий не трудно было догадаться, о чем он собирался со мной поговорить.

Этого нельзя было допустить.

Не сейчас. Только не сейчас.

- Да, конечно! - выталкивая мягкую улыбку.

Когда, наконец, прозвучало «Снято!», я собрала вещи быстрее всех, стараясь не смотреть в сторону Максима. Хорошо, что в этот момент зазвонил его телефон.

Убедившись, что Леднёв отвлекся на разговор, проходя мимо его вещёй, я исхитрилась аккуратно положить браслет себе в карман, и, толком ни с кем не попрощавшись, почти побежала по темному коридору, лишь бы поскорее покинуть съемочный павильон.

Только спустившись в метро, я позволила себе глубоко, с надрывом вздохнуть, но мне все равно не хватало воздуха.

Мне нужно было к своему гримуару. Скорее. Правда, по пути я заглянула в цветочный магазин, купив букет из четного количества роз.

Лишь дома я позволила себе дать волю слезам.