Новолуние

– Белла, – вздохнул он, – о чем ты только ду мала?!

Тут я разрыдалась: слезы застилали глаза и стремительным потоком катились по щекам.

– Так и знала! Знала, что сплю!

– Нет, это невозможно! – раздраженно хохотнул Каллен. – Как же выразиться, чтобы ты поверила? Ты не спишь и не умерла; я здесь и очень тебя люблю, любил и всегда буду любить. Во время разлуки я ежесекундно думал о тебе, а закрывая глаза, видел твое лицо. Можно сказать, я богохульствовал, когда заявил, что ты мне больше не нужна…

Я качала головой, из глаз продолжали литься слезы.

– Ты не веришь? – прошептал Эдвард, и даже в полумраке я заметила, что его лицо стало бледнее обычного. – Почему лжи веришь, а правде – нет?

– Потому что твоя любовь всегда казалась невероятной. – Мой голос срывался буквально через слово.

Темные глаза сузились, брови нахмурились.

– Я докажу, что ты не спишь, – пообещал Каллен и, не обращая внимания на все попытки вырваться, зажал мое лицо стальными ладонями.

– Пожалуйста, не надо! – лепетала я.

– Почему? – спросил он, лаская дыханием щеку. Перед глазами все поплыло.

– Когда проснусь… – Эдвард открыл рот, чтобы возразить, поэтому пришлось перестраиваться на ходу: – Ладно, забыли! Когда ты исчезнешь, и без этого будет непросто.

Отстранившись буквально на несколько сантиметров, он заглянул мне в глаза:

– Вчера на ласку ты реагировала, как раньше, только чуть осторожнее и сдержаннее. Скажи, почему? Потому что я опоздал? Причинил слишком много боли? Или ты по моему совету начала все сначала? Это было бы… вполне справедливо.

– Какой идиотский вопрос!

– Ответь на него, пожалуйста!

Целую минуту я буравила его мрачным взглядом.

– Мои чувства не угаснут никогда. Конечно же, я люблю, и тебе этого не изменить!

– Больше мне ничего и не нужно.

Эдвард снова склонился надо мной, и на этот раз отстраниться я не смогла.

Я сама впилась в его губы. Сердце отбивало какой-то рваный, судорожный ритм, дыхание превратилось в свист, а пальцы жадно потянулись к любимому лицу.