Ночь с повелителем черных небес

Вместо пухленьких щечек, стали проявляться скулы, делая малышку выразительнее. А ведь прошли всего сутки с нашей последней встречи.

— Альмира, как я рада тебя видеть. — Подошла ко мне Агнесс, в сопровождении высокого мужчины, смотрящего на саму девушку, и Милли с любовью. Брюнет с янтарными глазами очень напоминал дракона, и саму Милли. Похоже это был ее отец.

— Я тоже, очень рада.

— Это мой младший муж, Дэрик. Отец Милли.

— Очень приятно познакомиться с вами, Альмира. Мы долго ждали вашего появления в нашей семье.

— Мне тоже приятно познакомится Дэрик.

— Альмира, ты не голодна? Мы сейчас как раз собирались пообедать. Так что приглашаю к столу. — Спросила Агнесс.

— Ей лучше поесть, после тренировки. Нужно восстановить силы. — Влился в разговор Ластер, после того как поздоровался с Дериком.

— Тренировки? — Удивленно спросила Агнесс.

— Думаю Альмира обо всем расскажет за обедом.

— Попрошу накрыть на стол в саду. Оставим вас наедине. — Согласился с Ластером дракон.

— Пойдем за мной. Сад недалеко. — Позвала Агнесс.

Я последовала за ней, с Милли на ручках. Все это время она молча обнимала меня за шею, не решаясь прервать разговор взрослых.

И когда мы остались одни, спросила:

— Тетя Альмира, у вас такие красивые волосы. А вы видели, как изменились мои? Мне мои теперь тоже нравятся.

— Да видела малышка. И я очень удивлена тому, как ты изменилась.

Мы шли по коридорам замка, чем-то по стилю напоминающем наш с мужьями. Спустились на этаж ниже, и пройдя еще пару минут вышли к большому саду с беседкой, фонтанчиками и даже небольшой детской площадкой, с песочницей, качелями и горкой.

Милли тут же попросила опустить ее и побежала играть, а мы с Агнесс устроились в беседке, в которой и подали еду.

— Милли уже ела, поэтому пусть пока играет. А мы поговорим. — Улыбнулась мне Агнесс.

Я же не думала, что буду так голодна.

Когда со стола убрали все ненужное, оставив фрукты и сок, я спросила у подруги.

— А это нормально, то как изменилась Милли?

— Не совсем. — Немного встревоженно посмотрела на играющую в песочнице дочь Агнесс. — Только я все равно волнуюсь.