Ночь с повелителем черных небес

Через пару недель по ауре ребенка поймем кто именно у нас родится. Мальчик или девочка. — Сказал уже Загнар, огорошив своим «у нас».

— У нас? — Повторила как дурочка, все еще пребывая в какой-то странной прострации.

— Да. Каждый ребенок, родившийся в нашей семье наш. Не важно кто биологический отец. — Серьезно сказал Сильф, прожигая меня счастливым взглядом синих глаз.

— И вы не против? Ну что первым отцом станешь, к примеру не ты Загнар, как первый муж?

— Нет. Мы не против. Это всегда происходит неожиданно, и каждый в клане рад появлению ребенка.

Напряженность тут же спала, ведь я чувствовала они говорили правду. Я испугалась того, что кто-то обидится из мужей. Но они отнеслись ко всему с пониманием.

Боже, я люблю их.

— Теперь ты успокоилась? — Спросил Дарелл все это время молча наблюдая за мной.

— Да. — Улыбнулась ему и обняла, обвив его шею руками. — Мы станем родителями. Мы все станем родителями.

Даже не верилось.

Почувствовала сзади объятие Загнара.

Сильф в плечо, Ластер в шею, Загнар в спину, а Дарелл в губы. И это мгновение я запомню на всю жизнь.

Уже чуть позже мы собрались в гостиной чтобы обсудить все что произошло с нами за последнее время. Сильф снова утянул меня на свои колени, но я была только за.

— Что делать дальше? — Первая задала вопрос я, чем удостоилась заинтересованных взглядов мужей.

— С барьером разберётся Малора.

Посреди гостиной появилась та самая ведьма, что когда-то одарила меня. Вилара. За руку ее держал мальчик лет пяти на вид. Черные волосы, большие светло-серые глаза, широкие скулы и пухлые губки. Мне мужья говорили о том, что у Мириуса есть сын. Но этот мальчик был ангельски красив, и совсем не был похож на отца.

— Она являлась тебе? — Спросил спокойно Дарелл, приглашая гостью вместе с сыном устроится на диване перед камином.

— Да. Одно твое слово и она уберет барьер. Но это будет плохой идеей, особенно сейчас. Люди еще не готовы к таким резким переменам. Что ты сам думаешь по этому поводу?

Дарелл глубоко вздохнул и озвучил, казалось то, что его мучило уже давно:

— Я бы хотел сжечь к чертям весь город. И построить на его месте новый. Я уже разобрался со стражей города.