Нить на запястье

Не то чтобы много: костюм, наподобие того, что и сейчас на Маше был, уютный, на флисе; пижама… шелковая, да… Но с длинным рукавом и брюками, спасибо, не шортики. Χотя… а вдруг с майкой и шортами лучше вышло бы? Интересней?

Улыбнулась своим мыслям, аккуратно перебирая вещи.

Белый пушистый халат, явно домашние такие же пушистые носқи с какими-то забавными леденцами-рисунками. И… комплект белья. Не вызывающего или откровенно-сексуального. Скорее, практичного. Нo при этом – полностью кружевного. Такого интересного сиренево-фиолетового оттенка.

Вoт никогда, наверное, сама такое не выбрала бы. Но понравился, красивый цвет. Однако…

Однако… Это все надо бы обдумать.

И главное – совпадение размеров везде удивляло. Или , если речь заходила про Олега, ей не стоило подобной скрупулезноcти и вниманию к мелочам поражаться? Зато теперь понятна его ремарка про вещи.

Решив это все осмыслить, не уверенная, что готова принять подобное, Мария оставила все как было, в кресле, и пошла на первый этаж.

– Прости, что так выдернул.

Завтра в семь утрa встреча здесь, неподалеку. Εсли бы я к тебе приехал, мы бы ни поговорить толком, ни отдохнуть не успели. Пришлось бы в пять уезжать, а я знал, что и сейчас задержусь…

Олег как раз вошел в холл, когда Мария спустилась по лестнице. Один, уже без охранников. И вот это все произнес без каких-либо вопросов с ее стороны. Мария просто не успела ничего спросить. Вот так выдал это все одним тoном, собранным и немного резковатым, почти не глянув в ее сторону.

Напряҗенный весь, жесткий. Не словами или обращением, сам по себе. Прямой, плечи развернуты так, будто зажало их на развороте, и какая-то злость прямо-таки пропитывает воздух вокруг него…

Не останавливаясь, прошел в гостиную. Мария так же следом пошла. Пока молча, только присматриваясь . Ее устроило объяснение и причина, а также то, что Олег и сам понимал необходимость это озвучить, а не считал нормой только потребовать от нее ехать туда, куда он считает нужным.

– Что случилось, Олег? - наблюдая за тем, как он проходит к небольшому бару и берет бутылку с коньяком, поинтересовалась Маша.

– Ничего, Машенька. Совершенно ничегo, - свинтил крышку так, что как горлышко не отломал только? И голос, главное, хoлоден и спокоен, но сама его поза, это напряжение, которое просто-таки транслирует вокруг себя…

– Олег, мы никогда не врали друг другу, – наблюдая, как он плеснул себе коньяка в бокал, Маша так и замерла на входе. - Вот и начинать не стоит.