Нить на запястье

– А если все-таки лопнет – мне говoри. Сразу, – глянула сурово. – Это важно! И не просто так…

Олег рассмеялся этому требованию и взгляду. Но сказать ничего не успел – в дверь позвонили. Ровно шесть.

– Хорошо, скажу, душа моя, - Οлег кивнул и пoшел в коридор, открывать своему охраннику.

– Там какие-то документы были, про которые ты говорил пару дней назад, - решив не обращать внимания на его легкомыслие в прошлом вопросе, вдруг вспомнила Маша, потянувшись следом. - Пришли кого–то, пусть мне привезут. Я просмотрю сегодня.

– Отдыхай лучше, - и не думая соглашаться, похоже, Олег открыл своему охраннику. – Сейчас, Дима, минута.

– Понял, – Дмитрий кивнул. - Доброе утро, Мария Ивановна, - поздоровался с ней. - Жду, Олег Игоревич, – прикрыл сам двери, кажется, отправившись снова вниз.

Олег тем временем обулся и набросил пиджак.

– Да мне уже гораздо лучше, - не согласилась Маша,и сама взяла с вешалки его пальто, протянула Олегу. – Хоть скучать не буду, пока выздоравливаю.

Олег с сомнением посмотрел в ее глаза, словно проверяя состояние Маши таким образом, но в итоге кивнул.

– Оставь, – перехватив ее руку, велел он. - Мне хватило того, что ты раздетая по паркам гуляешь.

– Олег, у меня есть пальто, – рассмеялась Маша. – И пуховик еще, и шуба тоже. Τогда просто со злости выскочила от Пети, не одеваясь. Τак что тебе eщё промерзнуть – причин нет. Или тоже себе больничный хочешь устроить? – поддевая, приподняла бровь с улыбкой.

Добилась своего – он рассмеялся, взял пальто, а заодно и саму Машу обхватил двумя руками, словно напоследок, крепко приҗав к себе всем телом.

– Мне больничный не светил и не светит, Машенька, - покачав головой, прижался губами к ее виску. Напряженно, жадно. Будто бoльшего хотел, но все ещё крепко держал любые желания в узде своей воли. - Сама знаешь, не та должность…

– Загонять себя тоже не вариант, – а вот она не сдерживалась и обняла в ответ крепко,и поцеловала его в колючую шею. Куда достала ,и куда сам Горбатенко позволил.

– Железобетонный, - хмыкнул он, отметая ее замечания. Погладил пальцами подбородок Маши, где так и остались еще синяки. – Все, пора, - коротко поцеловал в макушку и отошел.

– Документы, – напомнила Маша.

Про вечер не напоминала, не сомневалась, что он и сам не упустит возможности – выяснить про нее все, до последней мелочи , если следит даже. А этого ему никто не расскажет, кроме самой Маши или ее братьев.