Никто об этом не узнает (СИ)

Она вздохнула, но не успела зайти к себе, как дверь его неожиданно открылась и в коридор вышел Максим в одних домашних штанах, с голым торсом и полотенцем через плечо. Увидел её — и на миг в лице промелькнули удивление, растерянность, отчаяние. У неё аж сердце ёкнуло.

Но в следующий миг он будто опомнился, нахмурился, стиснул челюсти. Взгляд его налился свинцовой тяжестью. Сразу стало неуютно, захотелось скрыться прочь с его глаз.

Но Алёна неожиданно для самой себя расхрабрилась и выпалила:

— Максим, мне надо с тобой поговорить.

Он посмотрел на неё с такой ненавистью, что она невольно поёжилась.

— Поговорили уже один раз, — процедил он и направился мимо неё в ванную.

— Максим! Я не понимаю, почему ты так со мной? Что я тебе плохого сделала?

— У тебя зачётно получается изображать невинность. Это, видать, у вас семейное, — бросил Максим, не оглядываясь, не замедляя шаг.

Веки противно защипало, и в груди стал разрастаться болезненный ком."

"— Это ты попросил Кристину и остальных, чтобы они меня поймали после уроков? — крикнула она ему вслед.

Он приостановился. Оглянулся, нахмурившись.

— Что за бред?

— Но разве ты не просил их это сделать? Ну, чтобы они меня… чтобы, в общем, я ушла из вашего класса.

— Ты много о себе думаешь. Мне вообще пофиг, есть ты или нет. Так что не сочиняй всякую ересь и, знаешь что, не подходи ко мне больше, не заговаривай со мной, даже не смотри в мою сторону. Поняла?

Алёна забежала к себе, чувствуя себя сейчас ещё более униженной и несчастной, чем даже после кошмарной сцены в туалете.

Не выдержав, она разрыдалась. Плакала долго, до икоты, до изнеможения. Обессиленная рухнула на кровать, и взгляд её случайно упал на блокнот. Его кончик торчал из-под подушки. Она порывисто достала его, нашла рисунок с его портретом. Поколебавшись с минуту, она, в конце концов, решительно выдернула лист и порвала рисунок в клочья, но легче не стало…

Вдруг загудел сотовый. Звонили ей обычно только два человека: папа и Нина. А сейчас-то кому приспичило, когда уже почти ночь?

Алёна взглянула на экран, и ей сделалось нехорошо: Стас.

Про него она совершенно забыла. Просто вылетело из головы.

Отвечать она не стала, убрала звук и отложила телефон. Да, очень неудобно получилось. И завтра ей перед ним будет стыдно. Но пусть это будет завтра. А сегодня оправдываться и объясняться у неё попросту нет сил.

***

На следующий день Стас прямо с утра поймал её у ворот. Поздоровался, но с явной обидой в голосе.