Няню заказывали? или (не) Спящая красавица

Трибуны наполовину опустели – болельщики замерзли и в перерыве спустились за горячими напитками и жабой в норке4. Хью был одним из таких.

Стефан откинулся на спинку сиденья, достал еще одну сигарету и, прикурив, отрицательно покачал головой: у него все нормально. На самом же деле он думал, почему его лучший друг молчит? Почему они с Вивиан скрывают, что стали ближе обычных университетских товарищей? Он ведь заметил, как они осторожно соприкасаются пальцами, как смотрят друг на друга, не обращая внимания на футбол.

Вивиан взяла его под руку и положила голову на плечо – так они ждали Хью, безмятежно и спокойно, только в душе Стефана с этого момента поселились ревность и злость. Каждый взгляд, жест, случайное прикосновение – он считал это явным признаком чувств именно к нему, Стефану! Даже после того, как Вивиан и Хью рассказали о своей любви, он продолжал лелеять надежду на взаимность, на сердце Вивиан, которое она так опрометчиво отдала другому.

Месяцы шли, а чувства не ослабевали, отношения между друзьями накалялись, выливаясь в необоснованные претензии и постоянное раздражение.

В очередной раз Стефан, громко хлопнув дверью, отправился покурить – успокоиться и расслабиться. Во дворе кампуса было темно и тихо, только фонари строгими незримыми линиями очерчивали дорожки. В воздухе пахло свежестью и ранней весной, а еще слабым ароматом духов, легких, воздушных, как их хозяйка. Стефан, ведомый чутьем, быстро сошел с крыльца и тенью скользнул в темную арку.

– Вивиан?

– Вы опять поругались? – вместо приветствия обвинила она.

– Кого ты здесь ждешь? Кого пришла утешать: меня или его? – с ядовитым сарказмом поинтересовался он.

– Стефан! – воскликнула Вивиан. Раньше он не позволял себе так резко говорить с ней. – Я люблю Хью, но ты мой друг. Ты его друг, – она мягко взяла его за руку.

– Друг? – Он резко притянул ее к себе, жадно глотая воздух, наполненный ее присутствием. – А может, больше? Ты ведь не пробовала.

– Стефан, не надо!

Но он уже не слышал: вот она, Вивиан, теплая, настоящая, согревает щеку своим дыханием.

Она что-то кричала, но Стефан не понимал, только бешеный стук сердца отдавал нестройным гулом в ушах, а тело наполнялось желаниями, запретными, но такими манящими.

– Пожалуйста, прекрати! – Вивиан молила, отталкивая его от себя, пока им обоим не стало легче: Хью появился из темноты, просто рывком оторвал от нее Стефана и резко вскинул руку, вкладывая в удар всю злость.

– Не смей больше к ней прикасаться.