Няня из Чайноботтам

Начать с того, что я еще никогда не сталкивался в своей практике с больными занфангеном, так еще и ко мне попал поистине уникальный случай. Взрослый пациент! Подумать только, до сего дня я и не предполагал, что такое возможно! Доктор Дрейлих будет очень удивлен, когда прочитает мое письмо.

– Доктор Дрейлих… – раздраженно сказал племянник, глянув на книгу в черной обложке с серебристым тиснением «Редчайшие заболевания и как их лечить. Г. Р. Дрейлих», лежащую на дядюшкином столе. – Ты так о нем говоришь, как будто он – само великолепие.

– Так и есть, Джаспер, – серьезно ответил дядюшка. – Есть лишь два врача, которые вызывают мое безмерное уважение и которых я считаю своими наставниками, хоть никогда и не встречал их лично. Грегориан Дрейлих из Рабберота и Альберт Карлофф из Льотомна. Это подлинные гении – те, кто определяет наш век. И я счастлив, что мне выпал случай написать одному из них и, возможно (ты заметил, Джаспер, я сказал «возможно»?), мне удастся углубить и расширить исключительно великолепные исследования доктора Дрейлиха.

– Ты целую страницу только представлялся в своем письме.

Доктор Доу словно не услышал.

– Я уже давно собирался ему написать в связи с моей работой по гротескиане, но, к сожалению, поиск лекарства от нее пока что не дает результатов и…

– Что еще за гротескиана?

– Неважно. – Доктор глянул на часы. – К слову об этом, что-то мистер Хоппер задерживается…

С момента, как Натаниэль Доу взялся за осмотр «уникального случая» (то есть Удильщика) и «редкого, хоть и рядового случая» (то есть Винки), а констебль был отправлен в аптеку мистера Лемони, прошел уже час.

– Что ты думаешь по поводу этих зубов, Джаспер? – спросил доктор, вернувшись к своему исследованию.

– Они такие длинные, что зубной фее пришлось бы как следует раскошелиться.

Доктор Доу поглядел на племянника со снисхождением.

– Это не так, Джаспер. Длина зуба несущественна. Зубные феи всегда оставляют фунт, забирая тот или иной зуб, при этом все зубы разные. К тому же их интересуют лишь молочные зубы.

– Меня всегда удивляло, откуда у зубных фей столько денег.

Доктор Доу пожал плечами и вновь склонился над Удильщиком.

– Приступим к глазам…

Но ни к чему приступить он не успел. С лестницы раздался характерный топот, и в кабинет вошел констебль, сжимая в руке бумажный коричневый пакет.