Няня для тирана

Разворачиваю к себе, притягиваю ещё ближе, практически вдавливаю в себя. Ласкаю её рукам, веду по каждому изгибу, изучая. А она извивается в моих руках, тянется на встречу, проводит пальцами по татуировке. И словно током бьёт касаниями, всё тело пронзает.

А затем разворачивается и бросает меня, словно не растекалась у меня в руках. Хочет поиграть? Ладно. Поиграем. Всё, чего захочет эта девчонка с охрененными ногами.

Ах эти ноги. Они бы охуенно смотрелись у меня на плечах. Сдерживаю себя, чтобы не выпалить это девчонке.

Дам ей секунду отдохнуть, а затем заполучу в свою кровать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Арина

— Не заинтересована.

Выдыхаю, наслаждаясь непониманием и расстерянностью мужчины, а затем направляюсь в сторону бара. Кожа, где мужчина — Клык — касался меня, покалывает. Но мне не нужны такие отношения и предложения. Бросаю последний взгляд на танцпол, но там его уже нет.

— Одну колу, — перегибаюсь через барную стойку, чтобы прокричать заказ.

— А я думал, такие девушки пьют что-то другое, — я опять в капкане рук мужчины. Настойчивый. Не знаю, раздражает это меня или завораживает.

— Какие такие?

— Красивые, сексуальные, — прижимается ко мне, показывая насколько сильно он счёл меня сексуальной. В другой ситуации я бы уже отскочила и врезала наглецу. Но с этим такого не хочется. — Дерзкие. Бросила меня на одного. Я требую компенсации.

Смотрит прямо в глаза, не давая отвернутся.

Ласкает пальцем щеку, а взглядом всё тело. Слегка облизывает свои губы. Настолько близко, что в этот момент практически чувствую, как задевает языком и мои губы.

Я должна отвернутся, отойти, не подпускать наглеца слишком быстро. Но всё тело словно загипнотизировано его чёрными омутами. В груди тяжелеет, весь воздух исчезает.

Это не правильно. Нельзя незнакомцу позволят такое со мной.

Ну почему он не целует?

Сама опускаю взгляд на его губы и вижу, как он улыбается. А затем всё-таки делает то, чего мне хочется больше всего. Прикусывает нижнюю губу, всасывая и лаская языком. Весь внешний мир перестаёт существовать, оставляя только нас двоих. Он целует, лишая способности мыслить. Внутри всё сжимается.