Неудержимый. Книга XV (СИ)

Другой вопрос, что я сам себя загнал в капкан и теперь из него я выберусь только вперёд ногами. Что делать? Я усмехнулся, ведь вопрос в целом риторический. Особого выбора у меня нет. Или я соглашаюсь или история Дмитрия Ивановича Донского заканчивается в этом мире.

Как же глупо всё получилось. Я сам на себя разозлился, но одновременно с этим я понимал, что прямо сейчас, я хоть и немного, но возвысился над всеми остальными. Хоть и ненадолго, я заглянул выше, чем любой из императоров или царей. А может, я и вовсе такой один-единственный?

— Не обольщайся, — Борей хохотнул, — Даже в твоём мире таких сотни, если не тысячи.

— Я согласен, — выдавил я из себя.

Какой смысл противиться богу, если сделать ему я всё равно ничего не могу? Лучше уж попробую стать сильнее. Я и без него собирался пощипать этот мир, насколько у меня хватит сил и времени.

— Вот и чудненько, — Борей хлопнул в ладоши и передо мной появился флакончик с чёрной жидкостью, — В следующий раз, жертва должна быть сопоставима с моим величием, иначе обижусь и накажу…

— Постой! — я остановил его, прежде чем тот усвистал к себе, — Если тебе эта девушка не нужна, прошу, отдай её мне.

Меня в буквальном смысле разрезало на сто частей и развалился на мясные кубики. Боль? Ха! Здесь я превзошёл сам себя, такой боли я никогда не испытывал, мои глаза плакали, наблюдая за фаршем, который сочился кровью. Был бы у меня рот, я бы и поорал, вот только он развалился вместе с языком на две части и валялся где-то в мясной куче.

Борей нагнулся и подобрал мой правый глаз.

— Должно быть, ты подумал, что мы друзья или ты исполнитель и теперь тебе всё можно? Нет, это далеко не так, ты грязь из-под ногтей. Нет, ты грязь из-под ногтей грязи или даже ещё мельче, — Борей, пытаясь меня классифицировать, задумался или же запутался, мне было уже без разницы. Единственное, что я знал, так это то, что мне нужна была эта девушка для задания, которое он мне выдал, — Короче, сейчас ты ничто, которое, возможно, когда-нибудь станет грязью из-под ногтей.

Как только он закончил разговор, послышался хлопок и всё померкло.

Приходил я в себя очень тяжело.