Купеческая дочь замуж не желает

— Ну полежите тогда…

С этими словами он закинул меня на спину коняшки перед седлом. Затем сел сам, прижал меня к себе, и мы осторожно двинулись по едва заметной тропинке в сгустившихся сумерках. Пару раз я точно отключалась, потом вновь приходила в себя. Тошнота усиливалась и я не выдержала, дернула за руку Иртэна, показывая знаками, что мне дурно.

Парень, слава Богу, понял меня мгновенно, остановился, соскочил сам и стащил меня безвольным мешочком. Далеко отойти я не смогла, вывернуло меня почти прямо возле лошади.

"Не успел он ничего сказать, как я сгребла эту фляжку и сделала два больших глотка. Когда-то я читала в каком-то фэнтези про гномий самогон, как эталон крепкого напитка. Так вот, этот самогон — просто лимонад по сравнению с тем, что я сейчас хлебанула. Я не закашлялась, просто стояла, выпучив глаза и открыв рот, и не могла ни вдохнуть, ни слова молвить.

— Барон, вы видели меня в столь пикантной для девушки ситуации, что теперь, как честный человек, если уж не жениться, то хотя бы на «ты» перейти обязаны!

Иртэн помолчал пару минут и глуховатым голосом ответил.

— Хорошо, я согласен.

Я, пьяненько хихикая, уточнила.

— На что согласен? А то я вот возьму и выйду за тебя замуж!

Нда, что у пьяного с языка только не слетает. Какой-то частью меня я ещё могла контролировать свой «свободный поток сознания», то есть я понимала, что я несу, но язык молотил совсем мне неподконтрольно. То есть остановиться я не могла, приключений на пятую точку явно не хватило. Барон как-то странно хмыкнул и отчаянно сказал.

— А на все согласен! Просто ждал удобного момента, чтобы предложить, а тут вот как-то все само и организовалось! Главное, утром не забудь!

И подхватил мою сползающую тушку с коня, прижал к себе в совсем уж неприличном объятии.

Проснулась я, только когда Иртэн уже нес меня на руках на крыльцо моего собственного дома, неловко прижав.