Нет жалости во мне

Вот здесь уже свидетели точно были бы лишними. Но здесь их и не могло быть. Не зря же Алик выбрал это место.

Могила для жертвы была готова заранее. Илья и Митроха постарались. Им же придется и зарыть яму, после того как Алик наполнит ее свежей мертвечинкой.

К тому времени, как Енисеева вытащили из машины, он уже пришел в себя, но лишь частично. Полное прозрение случилось, когда его швырнули в яму.

– Эй, пацаны, вы чего! – в паническом ужасе заорал он оттуда. – Вы что, из-за машины? Так вы мне скажите, я вам живых денег дам.

– А унесем? – ухмыльнулся Алик, накручивая на ствол глушитель.

– Не, ну я серьезно!

– Я тоже.

Яма глубокая – два метра, как и положено. Жертве отсюда ни за что не выбраться. И место глухое, ни одна живая душа не объявится. А еще такая идиллия вокруг – хвойный воздух, притихшие в безветрии деревья, мягкая трава под ногами, где-то недалеко заливается соловей под барабанный бой дятла, и мошкара в рот не лезет. Так хорошо, что и уходить не хочется.

– Ну, может, договоримся? – взывал с колен Енисеев.

– Не-а, не договоримся. Машина твоя здесь ни при чем. Заказали тебя, мужик.

– Кто?

– Да какая тебе разница?

Алик взвел курок, не спеша наставил ствол на жертву.

– Касатон, да? – взвыл в отчаянии Енисеев.

– Даже не знаю, кто это такой, – на всякий случай соврал Алик.

– Не знаешь? Правильно, ты пешка, потому и не знаешь!.. А я из тебя человека сделаю! Деньги такие получать будешь, что и не снилось.

– А если приснится, то не проснусь... Не лепи горбатого, мужик. Лучше с жизнью простись. Могу минуту дать, чтобы помолился. Я сегодня добрый.

Алик насмешливо глянул на Ильяса, перевел взгляд на Митроху. Оба дружно закивали. Дескать, пусть помолится, а они пока дух переведут. Неохота им было прямо сейчас браться за лопаты.

– Ну, может, одумаетесь, пацаны! – не унимался Енисеев. – Я вам столько денег дам, что на всю жизнь хватит... А с Касатоном я разберусь! Я знаю, он это из-за нее, из-за Саши!.

Что-то шелохнулось в душе у Алика. Не сказать, что теплое и родное, но приятное. И давно уже забытое.

– Из-за какой такой Саши? – спросил он.

– Ну, Саша Неспехова, актриса...

– Неспехова?!

Да, у той Сашки с его двора была такая же фамилия. И она хотела уехать в Москву, чтобы стать актрисой...

– Ну да, Касатон театр из-за нее поднял, примой ее сделал...