Незавидный холостяк

 – А что?

– Да вот, интересно… Когда ты его тоже пошлешь и найдешь себе нормального мужика?

Я залпом выпила вторую рюмку, чтобы проглотить рвущийся с языка вопрос, какое его дело. У него Женька теперь есть, что ему за разница, пошлю я Кира или нет?

– Ты правда его друг? – спросила я, все же не удержав язык на привязи. Потому что быстрее наливать надо было.

– Насколько у него могут быть друзья, – спокойно ответил Сергей, будто ждал чего-то подобного. – Его многие считают своим другом, но тут вопрос, кого он сам назвал бы близкими?

– А ты себя считаешь его другом?"

"– Я… – Сергей пощелкал пальцами, подзывая девушку в униформе, проходившую мимо купе.

Но она среагировала мгновенно – улыбнулась профессиональной улыбкой и принялась перечислять:

– У нас есть соления, маринованные грибы, селедочка, заливное из языка…

– Эх, это все хорошо под водочку! – цокнул языком Сергей.

Девушка заколебалась и неуверенно предложила:

– Пельмени?

Сергей только что глаза не закатил.

– Тащите все, что у вас есть с мясом.

– Вообще все? – глаза девушки расширились.

– Ты недавно, что ли, работаешь? Да, все. Все меню. С мясом.

Девушка слегка неуверенно кивнула и поспешно вышла, почти сбежала.

Почему-то я была уверена, что ничего она не принесет.

Или, в лучшем случае, пришлет кого-то из старших товарищей.

Сергей вздохнул и выудил откуда-то из-под стола солидных размеров бутылку виски.

Я не слишком разбиралась в таких напитках, но надпись «18» на горлышке подсказала мне, что это именно тот самый выдержанный виски, что был ему нужен от жизни вместе с ортопедическим матрасом. Стоил он, небось, в пять раз дороже билетов в это купе.

– Помню… – ностальгически вздохнул Сергей, выковыривая пробку. – Когда-то в юности мы регулярно в Питер на «собаках» катались. Это на электричках, стало быть, – пояснил он мне. – Типа пересаживаешься с электрички на электричку и так до самого Питера. Бесплатно или за копеечный штраф. Когда бабла нет даже на плацкарт, лучший вариант! Можно было поймать «волну» и доехать часов за двенадцать. Зай, будешь вискарь?

Он толкнул в бок Женьку.