Невинная для волчьей стаи

Постель перевернута, словно тут боролись…

— Почти.

— Что?

— Постель была такой утром, после того как мы…

— Я не подумал об этом. Я вообще в последнее время туго соображаю. Словно я навсегда потерял свой дар Альфы…

— Что это за дар?

— Я расскажу тебе. Позже. Сначала ты попытаешься вспомнить как оказалась на улице!

— Я услышала шум.

— Услышала шум и не придумала ничего лучше, как выйти из дома? Ты… Глупенькая! Решила строить из себя героиню фильмов ужасов?

— Нет. Это был выстрел, и я… я испугалась, что стреляют в вас.

Он обнял меня, прижав к себе. Моя голова оказалась у него под подбородком…

— Мия, милая Мия! Красная шапочка! Что же ты с нами делаешь!

Дэн принес чай, Никита вышел из ванной комнаты, на их лицах была такая растерянность, испуг, что я не смогла сдержать улыбку.

— Все хорошо, мальчики, все уже хорошо!

— Ник, займись ей — ванна, массаж, если нужно обработай раны…

— Нет у меня никаких ран!

— Никита все знает.

— А вы куда?

— Нам с Дэном нужно осмотреть участок.

Марк передал меня Никите, словно я была ребенком — с рук на руки.

Расслабляющая ванна, теплый брусничный чай, потом массаж. Я сама не заметила, как начала проваливаться в дрему — сказалась ночь, полная приключений.

Сквозь сон я слышала беседу братьев. Хотя они старались не шуметь, говорили тихо, но отчетливо.

— Никаких следов?

— Ничего. Совсем.

— Но что-то же напугало ее?

— Что-то. Или кто-то.

— Кто? Если нет следов?

— Это нам и нужно понять.

— Ты что-то почувствовал?

— Да.

— Что?

— Если я скажу магию, ты мне поверишь?

— Ты Альфа, я должен тебе верить.

— Не должен. Не говори, что должен. Ты веришь, просто потому что братья, мы волки! И я никогда не обману вас, а вы меня.

— Нужно вызвать сюда мать.

— Я думал об этом.

— И?

— Сначала нам нужно поговорить с Мией. Объяснить ей все.

— Объяснить то, что она никогда не будет нашей истинной?

Я едва смогла сдержать стон отчаяния.

Почему? Почему так несправедливо? Я ведь уже почти поверила, что они будут моими, так как я стала их! До конца! Навсегда…

В тот момент я со всей ясностью понимала, что я только для них! Что других у меня никогда не будет.

Никогда — это долго, так долго, что наш мир умрет и родится заново, а это все еще будет мое никогда…

— Не важно. Я не хочу сейчас думать ни о какой истинной. Мия — вот что самое главное сейчас.

— Брат, мы с тобой. Мы думаем так же.

— Мия наша.

— И мы обязаны ее защитить! Кто-то пытался увести ее.