Невеста-наследница

Десятью минутами позже Синджен отворила дверь в тесную спальню, расположенную под самой крышей, и посторонилась, чтобы пропустить Колина.

— По-моему, хозяин гостиницы решил, что мы солгали, — сказала она без тени беспокойства. — Но ты говорил с ним именно так, как надо. Мне кажется, он тебя побаивается. Еще бы — раз ты аристократ, то от тебя можно ждать чего угодно.

— Да, едва ли этот старый боров мне поверил. — Колин устремил взгляд на кровать и чуть не застонал от предвкушаемого блаженства. Потом он почувствовал, как ее руки взялись за завязки его плаща, и настороженно напрягся.

— Дай я тебе помогу. — Она ловко, словно опытная нянька, сняла с него плащ. Это не могло не раздражать, но он безропотно подчинился, с вожделением глядя на кровать. Ему хотелось проспать неделю.

— Сядь, я сниму с тебя сапоги.

Это также было проделано быстро: должно быть, она достаточно натренировалась на своих братьях, Синджен выпрямилась.

— Помочь тебе раздеться?

— Нет, — ответил он. — Просто отвернись и все.

Она послушно отвернулась, сняла с себя чулки и башмаки, потом, взяв его плащ и свой, повесила их в небольшой гардероб. Услышав скрип кровати, она снова повернулась к нему. Он лежал на спине, накрывшись одеялом так, что видна была обнаженная грудь, и положив руки на одеяло.

— Все это очень странно, — проговорила она, досадуя на себя за то, что ее голос звучит, как у испуганной кисейной барышни.

Он не ответил, и это придало ей смелости.

— Видишь ли, — произнесла она с запинкой, — ты, конечно, заметил, что в речах я очень пряма и откровенна, но это оттого, что мои братья всегда побуждали меня честно говорить то, что я думаю. Вот и с тобой я вела себя так же. Но теперь… теперь мне как-то не по себе оттого, что я нахожусь с тобой наедине в этой комнате и знаю, что на тебе нет никакой одежды и мне нужно лечь на другую половину кровати и…

Ее монолог был прерван раскатистым храпом.

"Синджен не оставалось ничего другого, как посмеяться над собой. Стало быть, всю ее речь, прочувствованную и бессвязную, слышали только она сама, гардероб и мужчина, который спал как убитый. Она бесшумно подошла к кровати и посмотрела на него. «Он мой, — подумала она, — только мой, и никто его у меня не отнимет, никто, даже Дуглас. Надо же такое выдумать — будто бы он убил свою жену! Какая невероятная чушь!» Она легко погладила его лоб. Он был холодный.