Невеста конкурента

Незнакомый город, чужие люди, и я себя новенькой школьницей чувствую, словно приехала из деревни. И главные звезды класса смеются с моей немодной одежды.

И старых туфель.

С огорчением посмотрела вниз, на туфли.

Те замшевые после встречи с битыми яйцами оттереть не удалось, остались светлые пятна. А с моими расходами о новых пока и мечтать не приходится.

Спустилась в холл и поддернула рукав пиджака, сверилась со временем.

Ту единственную пару, что мне поставили на сегодня, уже отвела, значит, успею на рынок.

Нет, не на распродажу, как болтали эти язвы.

— Эмма Эдуардовна, — послышался сзади знакомый голос, и я вздрогнула, ускорила шаг и выскользнула на крыльцо.

Его мне только не хватало.

— А я зову, не слышите? — Максим не отстал, догнал меня на ступеньках, улыбчивый и довольный. Серьга в его ухе поблескивает на солнышке, на выбритом виске, оказывается, какой-то узор, лишь сейчас обратила внимание.

Засмотрелась.

— Нравится? — он ухмыльнулся.

Опомнилась."

"— До свидания, Максим, я опаздываю, — толкнула учебник в сумку.

— А я тут вот, — он протянул мне пакет с фирменным логотипом обувного магазина.

Дорогой магазин.

Раньше я обувь только там и брала, были времена.

— Берите, не стесняйтесь, — парень всучил мне пакет. — Если размер не подойдет — можем поменять. Но у меня глаз-алмаз. Тридцать седьмой ведь?

Он бросил заинтересованный взгляд на мои ноги.

— Не нужно, — попыталась отдать коробку. — Забери немедленно.

— Да бросьте, что такого? — он пожал плечами. — Я ведь тоже виноват.

Конец фразы я не дослушала, ее заглушил наигранно-громкий девичий смех.

— Максим, домой подвезешь? — спросили у меня за спиной. — О, что там у вас, Эмма Эдуардовна? Новые туфли?

Волосы на затылке зашевелились.

Ну вот опять. Эти девицы. Мало им сплетен было, теперь еще и увидели, что мой студент мне подарки дарит.

Молча поставила пакет на асфальт и двинулась к воротам.

— Максим, ну не позорься, — услышала ядовитую просьбу. — Правда что ли, за этой молью бегать собрался?

Захотелось развернуться и высказать, все что я думаю, про воспитание моей противной студентки, но мне нельзя, стиснула зубы, продолжая упорно переть к воротам, мимо машин и студентов, сквозь разговоры и смех.

И в растерянности остановилась, когда дверь черного блестящего Мерседеса открылась. И на асфальт ступили мужские ноги в классических строгих оксфордах.

Высокий. Подтянутый. Брюнет.

Взрослый, не студент. И не препод, я бы такого запомнила.