Невеста фараона

После чего, не обращая внимание на поджатые губы матери и откровенно расстроенный вид Амонемусхета, улыбнулся мне и сказал без всяких церемониалов:

— Не бойся, я тебя дождусь!

После чего сдвинул брови и, грозно оглядев свою свиту, громко заявил:

— И пусть только кто попробует тебя обидеть! Все слышали?!

Придворные сочли долгом отвесить поклоны. А мамаша закусила губу с такой силой, что сама вздрогнула от боли. И чего она так нервничает? Надо бы с ней попытаться подружиться. И объяснить, что для беспокойства нет причин.

Во-первых, я не претендую на место жены ее малолетнего сына. Это уж чересчур. Могу исполнять при дворе роль няньки-аниматора. Это меня вполне устроит. Во-вторых, я не собираюсь лезть во власть. Пусть расслабится.

— Откуда ты взялась Танеферт?

Меня нагнал тот самый молодой вельможа. И я вдруг поняла, что видела его где-то. Но вот где? Почему лицо мне его смутно знакомо?

— Не узнала меня? Я Джахутимесу, сын твоего дяди Птахмеса. И твой брат.

— О! — ну, да, в памяти Танеферт болтался какой-то мелкий зануда, с которым ей приходилось время от времени играть.

В основном, когда вся семья собиралась вместе на праздники. Еще она помнила, как они с Ахмесом несколько раз мутузили друг друга. Но Ахмес был старше моего кузена на год и во всем его превосходил: и в силе, и в умении драться. Зато Джахутимесу всегда выезжал на нытье и жаловался, что Ахмес напал на него исподтишка. Обычные мальчишеские разборки. Танеферт недолюбливала двоюродного братика. Хотя сейчас я видела, что вырос он в высокого и заметного юношу. Симпатичного даже. А уж как упакованного. Одежда из пышного летящего льна, золотые украшения, умеренной пышности парик, — сразу видно сын визиря царского, третьего человека в государстве, между прочим.

— Ты нас всех удивила! — тут он неожиданно покраснел щеками и добавил слегка сконфуженно, — Меня так особенно!

— Только не говори, что тебя настолько впечатлили детские танцы!"

"— Нет конечно, хотя это было забавно. Если честно сам бы сплясал.

Научишь?

Я пожала плечами. Мы перешли на бег по ступенькам. Ведь внизу нас ждал не кто-то, а царь и бог на земле, вообще-то.

— Я увидел, что ты способна покорить вершину, казавшуюся недосягаемой. Твой Ка так силен, что даже светится.

— Джаджа, не изображай из себя мага! — я назвала его так, как в детстве, — Ты понятия не имеешь как светятся Ка.

— Зря ты так! Твой я вижу! Как маяк в ночи.

Я замедлила шаг и посмотрела на него пристально. А он снова покраснел.