Наваждение генерала драконов

Через красную пелену на глазах я смогла разглядеть такое родное любимое лицо.

Хэйл! Он выглядел почти как прежде. Только чешуек больше... Значит, я смогла...

Эта была последняя моя мысль. Сознание окончательно померкло.Глава 29

Тепло. Эта первая мысль, которая вспышкой возникла в моей голове. Приоткрыв глаза, моргнула и уставилась на высокий потолок. В комнате царил полумрак. Чуть скосив взгляд, осмотрелась. Обстановка казалась незнакомой. Дорожные сундуки, два письменных стола. Гардеробный шкаф намного больше моего.

Хм...

Я снова глянула на шкаф... Он был смутно знаком.

В голове вспыхнуло воспоминание — я, подглядывающая за Хэйлом и служанкой. Тогда он стоял у такого. Та же резьба на дверях.

Выходит, комната моего дракона.

Улыбнувшись, уже спокойнее взглянула в сторону террасы. Над изрядно поредевшими кронами плодовых деревьев пострадавшего сада разгоралась яркая бордовая полоса.

Закат или рассвет?

Наверное, все же утро.

Прислушавшись, уловила лишь шум ветра, доносящийся снаружи, и странное тихое позвякивание.

Это заинтересовало. Повернув голову, обнаружила с другой стороны кровати смутно знакомого мужчину в годах. Он тщательно размешивал зеленый порошок в воде. Это ложечка, ударяясь о стенки глиняной кружки, издавала этот тихий мелодичный звук.

Видимо, мне готовили лекарство.

Мой взгляд снова прошелся по мужчине. Целитель. Да, я видела его у матушки. Значит, со мной не все хорошо, раз он здесь.

Открыв рот, ощутила резкое першение. В горле страшно пересохло.

Целитель обернулся на лающие звуки и уставился на меня.

— Ора Айла, — он как-то слишком радостно расплылся в улыбке, — вы наконец пришли в себя. Долго же вы спали. Третий день добудиться не можем.

— Так долго... — я сипло прохрипела и снова прокашлялась.

— Да, переволновались все, — мужчина закивал и опустил взгляд на пол.

Это мгновенно насторожило.

— И почему я так долго спала?

— Физически с вами все нормально, вы не пострадали...

— Физически? — резко перебила я его.

Он замялся. Кадык мужчины дернулся.

Так, кажется, я задала тот самый щекотливый вопрос.

Закрыв глаза, прислушалась к себе. Дар молчал. Совсем.

— Выгорела? — Слишком уж быстро я сообразила, что это значит.

— Не совсем, ора. Это неполное выгорание. Я был с вами все эти дни. Ваш брат помогал мне, — затараторил он, словно опасаясь моей истерики. — Всполохи остались. Да, дар ничтожно мал, но он есть и со временем...