Наваждение генерала драконов

Оглушающий треск и небольшая беседка, скрытая за высокими кустами смородины, обвалилась, обращаясь в жирный пепел.

Вздрогнув, я подняла взгляд на своего дракона. Он не реагировал ни на что. Его ладонь сжималась крепче. Дядя Сэтт молчал. Но на его лице отражалось столько боли.

Медлить было нельзя. Я быстро зашагала вперед.

— Айла!!! — резкий окрик брата меня только ускорил. — Отец! Уберите ее, она же сгорит. Назад!

— Айла, вернитесь, — за мной кинулись Льюис и Бран.

Сообразив, что еще мгновение и меня оттащат назад, выпустила свое пламя и, особо не думая, просто отрезала нас от остальных яркой пылающей стеной.

И в этот же момент ощутила просто удушающую боль. Магия Хэйла, словно почувствовав жертву, накинулась на меня. Я физически ощущала, как она треплет душу, кусает и рвет. Пожирает мой дар.

— Хэйл! — закричала я.

«Уходи, огонек» — прозвучало тихое в голове.

— Отпусти его и успокойся, — выдохнула я, прижимая ладони к груди.

«Он не слышит даже меня. Злоба затмила все. Уходи!»

Ну уж нет. Осознавание того, насколько сейчас плохо моему Оуэну, придало сил.

Сама не понимая, что делать, я выпустила всю магию без остатка.

Там за стеной огня громко кричал брат и отец. Я ощущала тщетные попытки Брана пробиться через мой огонь. Ледяной дракон пытался буквально заморозить его. Но его сил было недостаточно.

Снаружи ударила тьма. Сильно, напористо. Неужели Льюис?! Этот юнец не походил на темного.

Но как бы там ни было мой огонь и голодная магия Хэйла не оставляли им и шанса.

Я медленно, через боль, двигалась вперед. Десяток шагов казались бесконечными.

Снова молния над нашими головами. Первая крупная капля дождя упала на мое лицо и медленно стекала к подбородку. Еще одна... Порыв ветра и на нас обрушился ливень. Мое пламя зашипело, но не отступило.

Под ногами образовывалась жирная грязь, приправленная пеплом.

Но ничего меня не останавливало.

— Хэйл — протянув руку, я коснулась его плеча. — Хэйл, умоляю, посмотри на меня. Пожалуйста. Это я, Айла. Твоя Айла, Оуэн!

Он даже не пошевелился.

— Убегай, доченька, — хрипло прошипел дядя Сэтт. — Я снова все испортил. Солгал, а он понял. Убегай, милая, тебе к нему не пробиться.

Втянув через нос воздух, я упрямо выставила подбородок вперед.

Отступать — не в моих правилах.

Дождь усиливался.