Невеста для бастарда

"

"— Я не знаю, кому можно доверять. К тому же у меня приказ матери: скрываться. Она взяла на себя расследование — выясняет, кто пытался нас уничтожить. Кроме того, ей надо взять герцогство под свою руку. Как ни обидно звучит, у нее одной — если она не будет переживать за мою жизнь и безопасность — это получится лучше…

— Значит, мы скрываемся, — подвела я итог. — И развязываем руки герцогине для решительных действий. И надеемся, что…

Я осеклась.

— Мать жива… Я ее чувствую, — прошептал Рэм.

— Герцог… Герцогиня.

— Есть, — смущенно улыбнулся Рэм.

Паша издевательски зафыркал.

— Мама, а вот почему ты ему веришь? — сказал он наконец. — И про его мир, и про мать-герцогиню. И даже про магию. Без обид, Рэм, но звучит так, будто все мы — готовые клиенты для дурки.

— Потому что его мать-герцогиня нас с тобой спасла много лет назад. И спасла — как я понимаю — при помощи магии.

Сын какое-то время смотрел обалдело. Потом стал что-то вспоминать. Потом соображать.

— Получается, что наша задача — не попасться, — кивнул он.

— Именно, — ответил сын герцогини.

— Тогда рассказывайте, что вы придумали, — потребовал Пашка.

— Пока ничего, — печально вздохнула я. — К сожалению.

Глава 3

Мы пекли картошку, попутно объясняя герцогскому сыну, что вот такие черные практически угли — ни с чем не сравнимое, изумительно вкусное лакомство.

Рэм пробовал осторожно. Потом распробовал… Согласился, что вкусно.

Вечер удался. Если забыть причину, по которой мы оказались в деревне Большие Язвищи, то можно было представить себя семьей, выехавшей из города на пикник. Буквально «на травку, потрогать козявку».[1]

Осенний, чуть горький воздух… Свежесть, которую хочется вдыхать. Это время года пахло для меня несбывшимися надеждами, уже практически сгоревшими в костре вместе с опавшими листьями… Но это все будет чуточку позже, когда ветер сорвет яркие листья, пообещав им путешествие в теплые края вслед за птицами, и — как водится — обманет.

А пока… Холодная ночь. Яркие звезды. И полная бесприютность. Осень…

— Расскажи нам о своем мире, — попросил Паша.

— Мой мир… — задумчиво проговорил Рэм. — Это мир магии. И магов. И — не в обиду будет сказано вам — мы более трепетно относимся к природе. И никогда бы не позволили себе так загрязнять то, чем мы дышим.