Неуловимый. Часть 1

Пойдём вдоль дороги, даже не так, побежим вперёд по дороге, только вперёд смотреть будем, чтобы на посторонних не нарваться, а то потом объяснять замучаемся, что мы не сами по себе мальчики. Как тебе такой вариант?

– Эх! Ушицы хотелось. – печально произнёс барон.

– Да будет тебе ушица! Поп говорил, что сегодня, может быть, опять встанем на ночёвку у реки. Наловим! Жаль не знаем, где караван остановится, поэтому сегодня далеко отходить не будем.

– А что мы с дороги-то подстрелить сможем? – не понял Шварц.

– Есть способ, не волнуйся. Собираемся. – сказал я и спрыгнул с телеги, чтобы потом вновь в неё влезть, но уже под тент.

Собраная трава пучками аккуратно сложена между мешками. Жаль не высушить её по нормальному, но…

– Зачем ягоды берёшь? – спросил меня Шварц, заметив, как я залез рукой в наш котелок, где и хранилось найденное богатство.

– Да, хочу одному неправильному товарищу объяснить, что брать чужое нехорошо без разрешения.

Шварц понятливо хмыкнул.

– А если и Ушер их попробует? Не жалко его будет?

Я покачал головой.

– Они вместе у нас на постой встали, а продуктами обеспечивать не хотят. Сегодня, что подстрелим, то и едим одни. Если и наёмник на бесхозную сухую ягоду пасть раскроет…, что же, тогда пускай тоже штаны меняет. По опыту знаю, первый раз и не заметит, как живот опорожнится.

– Вот потеха будет! – тихо засмеялся барон.

– Зато знаешь, как «дружок» у них после этого стоять будет. Ого-го! Всех баб будет мало их удовлетворить. Но это, конечно, только после того, как по кустам бегать перестанут.

– Давно.

– Тогда вперёд! – дал я команду.

Оторвались мы от каравана быстро. А что, мы налегке. Грязи на дороге нет и босыми ногами по мягкой земле бежать одно удовольствие.

Я на всю мощь лупанул вперёд заклинанием контроля. Дорога пуста, а вот по обочине несколько засветок. Где-то оленёнок в кустах засел. Тут, вроде бы заяц от кого-то прячется. Там барсук нору роет. Оленёнок. Наверное, неплохим трофеем бы был, но не хочется халявщиков кормить.

Вот и первая цель сидит. Спрятался ушастый и думает, что его никто не видит. Я вновь, но уже только вокруг себя плетением контроля пространство осветил.

М-дя.