Неуловимый. Часть 1

 – и уже обращаясь ко мне спросил: – Ну, что там у тебя, Малой?

– Всё готово! – ответил я, протягивая руку к вытянутой в мою сторону руке Шварца. – Ого! Откуда такие сокровища? Ограбил кого?

– Скажешь тоже! Мозги включил и язык не выключал. Подвинься лучше, а то расселся.

И с этими словами он забрался ко мне под телегу.

Наш новый самоначальник, который, по-видимому, сам себя в начальники и произвёл, обескураженный нашим полным игнором стоял на месте, хлопая глазками и смотря на нас. Это же наглость по меркам местной шпаны.

Не обращая внимание на застывшую статую, я спросил друга. Друга!?

Ну, за этот лаваш и завёрнутые в него кусочки мяса с зеленью я его и не так назвать могу. Живот благодарно квакнул.

– Чего хотели-то от тебя? – спросил барон, не стесняясь того, что тот о ком он спрашивает стоит всего в паре метров от нас.

– Озадачить решил! Сена ему, видите ли, не хватает. Но просить не умеет, а для команд и их выполнения предложить нечего. Вот и стоит теперь и ждёт, когда же я наемся, чтобы разговор продолжить.

– А сено-то ему зачем? – шепеляво, с набитым ртом спросил мой напарник.

– Не знаю. Может есть хочет, да нечего, вот и перешёл на подножный корм! – теперь уже я шуткую, но видно слишком громко.

Понимая, что выглядит сейчас смешно в глазах собравшихся ребят, местный Чингачгук порывисто развернулся на месте и бросился к своей повозке.

– Вот и первая стычка! – сказал я.

– Прорвёмся! – сыто рыгнув, ответил Шварц. – Я тут представился местным молодкам бывшим пажем…

– Но ведь в пажи в основном берут из семей благородных! – не понял я.

– А-а! Сказал, что бастард, поэтому и прозвище такое, барон.

– Отец не рассердится? – испугался я за друга.

– А мне-то, что с того? Я уже столько по его милости за эти три дня натерпелся, что мне уже всё равно становится. А представляешь, что нас с тобой впереди ожидает?

Я усмехнулся.

– С магией если не разберёмся, тогда даже не знаю. Изощрённое наказание! Но и мы можем нехило отомстить нашим мучителям.

– Как? – вскочил на колени в собачью стойку барон.

– Приручить артефакты и никому не говорить как мы это сделали. Ведь многие уже мучились над их секретом. И тогда герцогу придётся за них платить, директору школы жалеть об утерянных и проданных древних реликвиях, а твоему отцу, бояться тебя.

– Бояться? С чего бы это? – изумился барон.

– Но, ваша милость, а подумать? Единственный маг, который смог приручить древний артефакт, чем сам уподобился Древним.