Моя. По закону мести

Тахиров, конечно же, не мог смолчать. Чем еще сильнее смутил Дуню.

– Стол накрыт! – сообщила Маргарита Павловна, вызвав тем самым все внимание парней на себя.

И всего за секунду в холле вновь стало тихо. Кажется, Дуня слышала даже колотящийся стук собственного пульса.

И все это время девушка не могла отвести глаз от тягучего темного, горящего огнем взора.

Но моргнув, все же взглянула на скулы, где по-прежнему были ее пальцы.

Измазанные липкой субстанцией.

– Я тебя испачкала, – словно не веря самой себе, выдохнула Дуня.

Георгий хмыкнул. Продолжая удерживать ее за талию одной рукой, второй перехватил Дунины пальцы, сжал и поднес к своему рту.

Дуня едва сдержала приглушенный возглас. Но во все глаза смотрела за тем, как мужчина коснулся языком самых кончиков ее пальцев.

Что-то тяжелое ухнуло Дуне прямо в низ живота. А кожу ладони обожгло. Защекотало. Ирбис вдруг обхватил губами ее указательный палец, слегка сжал, прикусил едва ощутимо.

– Сладкая, – пробормотал он ошарашенной и сбитой с толку Дуне.

А девушка даже не дышала. Щеки полыхали румянцем. Да что уж, кажется, вся она, целиком, от макушки до пят, покраснела под этим жадным взглядом. Двусмысленным. Интимным. Жарким.

– Это десерт, – едва шевеля непослушным языком, выдала Дуня.

На что Георгий совершенно серьезно, пусть очень тихо и слегка сипло, ответил:

– Десерты – моя слабость.

Дуня еще секунду соображала, что именно имеет в виду Георгий. Десерт, или…?

Но Ирбис уже повел ее в столовую, где обосновались парни.

* * *Глава 12

Ужин летел для Дуни, как будто мимо сознания. Она ела, слушала разговоры мужчин, в которых мало что понимала. Хорошо, что Аня была рядом и негромко болтала обо всем на свете, отвлекая ее. Изредка подруга фыркала на замечания Тахирова, занявшего место справа от Анютки.

А вот все внимание Дуни отобрал Ирбис. Мужчина то крепко держал ее ладонь, устроив на своем бедре, как и тогда, в ресторане. То касался пальцами плеча, держа руку на спинке ее, Дуниного, стула.

И ведь невозможно отстраниться, потому что за столом слишком много народу, и сидеть пришлось компактненько, несмотря на приличные габариты стола.