Нерушимый 6

Да поймите вы, что общественное мнение — единственное, что поможет мне вернуться!

Было тошно, потому что стало видно, насколько же просто управлять людьми, а они и не будут догадываться, что исполняют заранее прописанные роли. А что происходит на самом деле, я сказать не могу.

— Ох, Саня, вроде ты умный парень, но какой же дурак! — покачал головой Димидко.

— А что мне делать? Смиряться? Спасибо, нет.

— Поддерживаю! — сказал Погосян. — Будем гнать волну. Может, до самого Горского дойдет!

Матвеич осадил его:

— Горский в принципе за красивый футбол, что ему какой-то «Титан»? В его представлении у Сани в «Динамо», наоборот, больше перспектив.

Да вообще никто нас не поймет! Все спят и видят себя в вышке, а тут, ты посмотри — Нерушимый недоволен. Даже болелы вряд ли поймут. Команда — как семья… Да так никто не мыслит…

— А ты? — оборвал его Матвеич.

Димидко потупился и вздохнул.

— А я — старый дурак. И если бы мне предложили место… да хоть в «Спартаке» или ЦСКА том же — тоже отказался бы.

Потому мне никогда олимпийских высот не достичь, а вы — можете.

— Мы вместе сможем, — поддержал его я. — И в следующем году поедем в Европу, вот увидите.

— Саня, ты — идеалист, — резюмировал Димидко.

Дальше мы шли молча. Потом молодняк, кроме Жеки с Игнатом, собрался у нас, даже Левашов пришел, и все с радостью разобрали уготованные им роли. Революционное движение возглавил Микроб, похоже, он нашел, чем заполнить пустоту в душе.

* * *Девятого мая мы не праздновали, потому что День Победы оборачивался днем поражения для нашей команды.

Пока весь Союз отмечал, на центральных улицах городов царила восстановленная техника тех времен и люди в форме солдат Великой Отечественной, мы пришли на стадион гонять двусторонки, готовиться к предстоящему матчу с фаворитом сезона — «Торпедо».

А вечером парни устроили мне проводы в армию: Погосян наготовил стейков, пришла Дарина с бутылкой безалкогольного вина и стопкой газет.

— Вы видели, что пишут? — проговорила она, сбрасывая кроссовки.

Прошла в гостиную, где мы расселись, раздала газеты.

— Во всех газетах Саша. И в спортивных, и во всяких «Известиях».

Погосян и Клыков одновременно вскочили, уступая ей место. Она заняло то, где сидел Мика. Мы разобрали газеты, и мужики загудели, удивленные тем, что вчерашний материал не просто пустили в печать, а и растиражировали. Скопирайтили.

Микроб забегал по гостиной туда-сюда с газетой в руке.