Нерушимый 6

Их защитники мощнее — не побороться, плечо в плечо не пойти. Стоило нашим ринуться вперед, и они тут же отпрыгивали, как от стенки.

Но и на мои ворота никто не шел. Вся их команда была на своей половине. Прижались к линии штрафной, и волны наших атак разбивались о них, как о прибрежные утесы.

Наши паслись вдоль линии обороны. Быстро паслись, потому что мяч иначе не удержать, его моментально выбьют, отберут, кинут вперед — и в атаку!

— Ма-ра-до-на! — поддержал я Федора. — Хотеев — Марадона!

Микроб не отдал пас Клыкову.

Они уже трижды с фланга на фланг обменивались короткими передачами… А Микроб вдруг не отдал пас, которого все ждали, а просто и без затей влупил по воротам, примерно как латыши сделали в самом начале. Увидел дырку, почуял просвет, и со всей силищи как ударит!

Мяч еще и закрутился красиво — сегодня всё у нас красиво — залетел в правую девятку, на сантиметр буквально обогнув вытянутые руки вратаря.

И снова рев трибун. Наши налетели на Микроба и давай его подбрасывать! Федор купался в лучах славы и махал болельщикам, но каким-то непостижимым образом я считывал, что да, он рад, но все равно ему почему-то грустно.

Не потому ли, что Лера не пришла на игру?

Ай да Микроб! Он точно герой сегодняшнего дня, а начальники других команд и тренеры, которые смотрят эту игру, наверняка сгрызли руки по самые локти, думая, как заполучить такого игрока.

Замельтешили спины на поле. Прозвучал длинный свисток, и я встал на цыпочки, силясь разглядеть, что случилось.

Пенальти?

Нет, конец тайма. Время пролетело незаметно.

В раздевалке я подошел к Микробу, хлопнул по плечу, поднял его руку, как судья — боксеру, и торжественно произнес:

— Марадона! Видишь, все получается.

Глаза Федора лучились и горели, он весь был будто наэлектризован. Казалось, его энергии хватит, чтобы осветить полгорода.

— Заиграл Федор! — констатировал Димидко, который был доволен не меньше Хотеева.

Только Погосян дулся, старался улыбаться, но получалось не очень.

Мика думал, что удача ему изменила с Федором, и ревновал. Хорошо, что он не знает, насколько они с Микробом теперь в неравном положении.

И стали мы слушать Саныча, который теперь просто успокаивал и хвалил. Всех, кроме меня. Потому что, пусть хоть вся команда вражеская на меня одного побежит, все равно в голе виноват вратарь. Забили тебе? Вот и молчи в тряпочку, деньги и слава — победителям.

Второй тайм пошел так, как заканчивали первый.